Книга Вызов, страница 56 – Алексис Опсокополос

— А что это, как не ваша недоработка, Игорь Денисович, если злоумышленники узнали про ваши планы? — спросил кесарь.

— Нельзя всего предусмотреть, — ответил глава КФБ. — Можно максимально минимизировать риски, но полностью убрать их нельзя. Мы не снимаем с себя ответственности, но несогласны, что это произошло в силу недостаточной проработки операции.

— Но как преступники узнали про операцию, если она была, как Вы говорите, хорошо проработана?

— Варианта два: или среди тех, кто готовил операцию, есть предатель, или Егор на чём-то прокололся. Возможно, за ним следили, или ему в голову залезли, когда готовили к отправке. Сейчас можно строить любые версии, но очень бы хотелось, чтобы информация ушла не от нас.

— Я очень на это надеюсь, — добавил Милютин. — Это даёт надежду, что преступники не знают про Романа.

— Но они знают, что засланный казачок есть, а значит, будут проверять каждого ребёнка с особой тщательностью, — заметил кесарь.

— Но это всё равно оставляет Роману шансы, — ответил Милютин. — А если среди тех, кто участвовал в подготовке операции, есть предатель, то шансов у Андреева нет.

Некоторое время все молчали, затем Глебов сказал:

— Конечно, рисковые они ребята — под нашим носом такое провернуть.

— Не такой уж там был и риск, — возразил Милютин. — Они знали, что на территории Московской области мы их трогать не будем. Поэтому могли там делать что угодно.

— И, видимо, им очень нужны дети, — сказал Валуев. — Возможно, не только одарённые, раз всех забрали.

— Или просто не было возможности разделить, — заметил кесарь.

— Неодарённых могли оставить в автобусе, — сказал глава КФБ. — Но их забрали. Значит, нужны. По крайней мере, хочется в это верить, ведь в таком случае все дети остались живы. Кстати, мы нашли водителя. Точнее, он сам нашёлся.

— Живой? — удивился кесарь.

— Невероятно, но да. Его ещё на пути в Москву остановили, как он думал, дорожные полицейские. Но это оказались одарённые участники похищения. Они обездвижили водителя и выбросили в овраг. Возможно, и не обирались ему жизнь оставлять — просто живучий оказался. Пролежал почти сутки и пришёл в себя.

— А что камеры в Московской области показывают? — спросил кесарь. — Вам орки предоставили доступ к записям?

— Да, сразу же, — ответил Валуев. — Наши специалисты все записи отсмотрели. Камеры по трассе стоят через каждые пять километров. В какой-то момент автобус исчез: под одной камерой проехал, а под следующей уже нет. Но это выяснили уже слишком поздно, лишь когда просматривали записи. Сейчас тот район прочёсывают. Но, вообще, моё мнение — систему надо менять и детей перевозить с охраной, чтобы ничего подобного больше не случилось.

— Чтобы ничего подобного больше не случилось, систему надо менять радикально, — произнёс Романов. — Сразу же после выборов займёмся этим. Хватит уже сдавать детей в реабилитационные центры будто какой-то неликвид. Когда я стану императором, одним из первых указов запрещу выбраковку и дискриминацию детей по цвету ауры.

— Это было бы замечательно, Александр Петрович, — сказал Милютин. — Но боюсь, этот указ будут игнорировать в Петербурге.

— Император на то и император, чтобы держать в руках серьёзные рычаги влияния, и в отличие от кесаря или президента, он имеет законное право лишать титула. И мы будем лишать всех, кто откажется от своих детей из-за другого цвета ауры. Лишать весь род по восходящей линии. Или мы уничтожим эти предрассудки, или Россия развалится на части. А глядя на то, что сейчас происходит в Петербурге, я понимаю, что разваливаться она начнёт совсем скоро, если мы не будем ничего делать, чтобы предотвратить этот процесс.