Книга Вызов, страница 51 – Алексис Опсокополос

— Идите выполняйте и отчитайтесь мне, как только, закончите. Воронцову пока ничего не говорить!

Милютин быстро покинул кабинет, а Романов обратился к Глебову.

— Раз уж речь зашла, Родион Степанович, как там в Петербурге обстановка?

— Если честно, Александр Петрович, обстановка там сейчас: спичку брось — взорвётся! Вяземский удерживает её из последних сил.

— Да, Георгий Васильевич — молодец, тут ничего не скажешь. Работает.

— Георгий Васильевич теперь уже точно в следующем году проиграет выборы. Тут к бабке не ходи. Уровень лояльности петербуржцев к губернатору на самой низкой отметке за всё время его нахождения на посту.

— Ничего, мы его не бросим. Так ему и передайте — министерский портфель или место в Дворянской думе у него будет.

— Обязательно передам.

— А что семьи осуждённых?

— Семьи осуждённых… — Глебов улыбнулся. — А вот здесь я в очередной раз не могу не отметить Вашу гениальность, Александр Петрович. Не сочтите это за подхалимаж, но должен сказать, что Ваш ход с помилованием руководителей эльфийского ордена после выборов — просто находка. Весь Петербург кипит, а эти пять родов призывают к благоразумию. Они, конечно, агитируют голосовать против Вас на выборах, или их бойкотировать, но при этом призывают действовать исключительно в рамках закона. И их можно понять, если они выйдут за его рамки, то как тогда подавать прошение о помиловании?

— Ну хоть какие-то хорошие новости, — сказал кесарь, тоже едва заметно улыбнувшись. — Правда придётся выполнять обещания и после выборов их выпускать. Но это стоит того, да и они, думаю, многое поймут за это время.

— Полностью с Вами согласен, Александр Петрович. Не скажу, что тюрьма их перевоспитает, но гонору и эльфийской спеси должно поубавиться.

*****

— Вставайте! Быстрее! Просыпайтесь! — неприятный звонкий женский голос пронзал мой мозг словно игла.

Я осторожно разлепил веки, огляделся и тут же вспомнил, что нахожусь в рефрижераторе-автобусе. Дверца была открыта и в проём я увидел женщину лет тридцати в тренировочном костюме и с автоматом, которая снова закричала:

— Выходите быстрее!

Я поднялся с места и пошёл к выходу. Немного подташнивало, и кружилась голова. Когда покинул фуру, огляделся и обнаружил, что мы находимся внутри огромного ангара. Фура, на которой нас привезли, внутри него смотрелась как детский трёхколёсный велосипед в большом гараже. Я размял затёкшие руки и ноги, головокружение почти прошло, но всё ещё тошнило и очень хотелось пить. Видимо, это были последствия отравления газом, и наши похитители об этих последствиях знали. Бородатый мужчина принёс две больших упаковки бутилированной воды и бросил возле фуры.

— Можете попить, — сказала женщина и тут же опять закричала: — Все вышли? Если нет, то давайте быстрее!

Я достал из упаковки бутылку с водой, открыл её и сделал несколько глотков. Тошнота не ушла, но хоть жажда мучить перестала — уже хорошо. И ещё я не понимал, зачем было нас усыплять. Убежать из закрытой фуры мы точно не могли, на помощь позвать тоже — перед погрузкой у всех отобрали телефоны. Разве что, помимо усыпляющих веществ этот газ содержал ещё что-то.

Или на какое-то время мы нужны были похитителям спящими. Но для чего? Вариантов было много, например, чтобы взять кровь. Неприятный холодок пробежал по спине, и я через одежду прощупал локтевые впадины. Болевых ощущений, какие бывают, когда надавливаешь на ранку на месте забора крови, не было. Уже хорошо.