Книга Вызов, страница 132 – Алексис Опсокополос

— Что ж, тогда можно сделать неутешительный вывод: мы окончательно убедились, что блокатор-7 подавляет магические способности, — сказал майор.

— Не соглашусь с Вами! — возразил доктор. — Вы ведь знаете, что я сам был сторонником понижения дозы супрессантов из-за подозрения, что побочный эффект блокатора-7 сказывается на когнитивных функциях мозга и в том числе на способности к обучению. Но в случае Гроховски супрессанты не давали ему вспомнить изученные когда-то навыки, а не тормозили их изучение с нуля. Если бы он освоил заклятие ледяного диска после того, как мы понизили дозу, я бы с Вами согласился. Но он не изучил, а вспомнил это заклятие, хоть и на подсознательном пока уровне.

— Возможно, и так, — согласился Нидербергер.

— Поэтому я предлагаю до полного разбора этого случая вернутся к старым дозировкам. Не хватало ещё, чтобы Гроховски или кто-нибудь другой вспомнили что похлеще, чем магический навык.

— Я полностью поддерживаю Ваше предложение.

— Отлично, тогда я распоряжусь, чтобы со следующего понедельника в центр «Ост» поставляли блокатор-7 в прежней дозировке, — сказал доктор. — А что касается Гроховски, надо тщательно изучить всё, что с ним происходит. Я вполне допускаю, что у парня невероятно сильный Дар, который каким-то образом смог помочь ему вспомнить ранее изученные навыки.

— Неожиданные навыки для одарённого без уровня, — заметил Нидербергер.

— Меня это удивляет, пожалуй, даже больше, чем сам факт возвращения навыков. Что-то здесь не так. Мне нужно забрать Гроховски в Краков и уже с завтрашнего дня приступить к изучению этого феномена.

— Я не думаю, что стоит так спешить, — сказал майор. — Я сам доставлю Гроховски в Краков через две недели.

— Две недели? — удивился доктор. — Но зачем ждать две недели, если это можно сделать сейчас?

Вместо ответа, Карл Нидербергер молча достал из ящика стола курительную трубку. Она была набита заранее, майору оставалось лишь разжечь её. Будучи одарённым пятого уровня, да ещё и магом огня, руководитель центра «Ост» справился с этой задачей быстро. Затем он встал из-за стола и прошёл через весь кабинет к окну, по пути раскуривая трубку. Подойдя к окну, майор открыл его настежь, не обращая внимания на минусовую температуру снаружи. Казалось, Нидербергер вообще не ощущал холод. Он затянулся, выпустил в окно дым и лишь после этого ответил доктору:

— Сначала курсант Гроховски выступит на турнире в Болостоке, а затем я лично отвезу его в Краков.

— Но две недели — слишком большой срок! — возразил Штеблер. — Если у парня начался процесс восстановления памяти, то не стоит пускать это дело на самотёк.

— Сначала курсант Гроховски выступит на турнире в Болостоке, а затем я лично отвезу его в Краков, — майор повторил свою последнюю фразу слово в слово, но совершенно с другой интонацией — мрачной, даже немного угрожающей.

— Вы осознаёте все риски, господин майор?

— Вполне, — ответил Нидербергер. — Видите ту полку на стене?

Доктор посмотрел на полку с дипломами и утвердительно кивнул.

— Я очень хочу, чтобы на этой полке стоял кубок белостокского турнира, — продолжил майор. — Можно сказать, это моя маленькая мечта, и Гроховски — первый и, возможно, единственный курсант в моём центре, который способен её осуществить. Не надо лишать меня моей мечты, господин Штеблер.