Книга Выбор, страница 88 – Алексис Опсокополос

Покинув такси, я огляделся и ещё раз подумал, что выбрал идеальное место — вокруг было так много заведений, что, отойдя буквально на пару кварталов в любую сторону, можно было полностью затеряться. Конечно, при условии, что мой фоторобот ещё не попал во все полицейские базы. Камер в Москве, к моему сожалению, было ещё больше, чем в Петербурге. По крайней мере, мне так казалось.

Когда я вытащил Егора из машины, он смог немного идти. Он даже пытался задавать мне какие-то вопросы, но был настолько пьян, что не мог произнести внятно ни одного слова. И ещё, к моей радости, я не ощущал вообще никаких его эмоций. Но вот если эмоций у него не было, то желания были. Заплетающимся языком пленник сказал:

— Надо… Это… По… Поссс…

— В туалет? — спросил я.

— Поссс… — ответил Егор и кивнул, да так сильно, что чуть не упал.

— Идём, — сказал я. — Поищем место.

Я протащил пленника два квартала по оживлённой улице мимо различных ресторанов и ночных клубов, после чего мы свернули в небольшой проулок, прошли ещё квартал и оказались в небольшом тупичке между двумя крупными зданиями, похожими на бизнес-центры или государственные учреждения. Окна в этих зданиях не светились и на тупичок они выходили боковыми сторонами.

Сам тупичок был в длину метров пять — семь, в нём стояли пять больших мусорных контейнеров и небольшой тусклый фонарь. Камер я нигде не заметил. Подведя Егора к мусорным бакам, я поставил его напротив одного из них и сказал:

— Это туалет.

Пленник что-то промычал и этим ограничился. Самому снимать с него штаны категорически не хотелось, но и таскать его с мокрыми брюками был не вариант, поэтому я отвесил Егору взбадривающую пощёчину и повторил:

— Это туалет!

К моей радости, пленник понял, что к чему, и каким-то чудом смог расстегнуть молнию на своих штанах. Сделав все свои дела, он сразу же уткнулся лбом в мусорный бак и начал засыпать и падать.

— Стоять! — прикрикнул я, подхватил его и аккуратно уложил на землю.

Похоже, только желание сходить в туалет не давало Егору до этого уснуть. Он отключился моментально. У меня возникла мысль засунуть пленника в мусорный бак, но немного подумав, я решил этого не делать, а просто перетащил его в узкий проход между крайним баком и стеной, положил на него сумку, да прикрыл это всё двумя большими крышками. Баки были пустыми, значит, приезда мусоровоза можно было не бояться.

Я долго боролся с идеей ударить Егора по голове бутылкой, чтобы он уже точно никуда не ушёл в мой отсутствие, и поборол её. Всё же не стоило его лишний раз травмировать — можно было ненароком и убить, учитывая, что бил я наверняка и очень сильно. И ещё я подумал, что надо ехать за снотворным — долго поддерживать такое состояние пленника водкой было нереально. В любой момент он мог или протрезветь и использовать магию, или отравиться до летального исхода. Ни то ни другое в мои планы не входило.

Вернувшись из тупичка в проулок, осмотрелся, прикидывая, куда бы пойти. Первым делом мне требовалось найти телефон, чтобы позвонить Милютину и вызвать новое такси. Но глава столичного КФБ велел звонить ему, лишь отойдя от пленника на большое расстояние — не менее трёх километров. Я не знал, почему отойти надо было именно настолько, но нарушать рекомендацию не хотелось. Но и оставлять так надолго Егора одного я боялся.