Книга Крыс, страница 42 – Алексис Опсокополос

Палач почему-то опаздывал. Обычно к обеду он уже успевал содрать с Егора кожу раза три, но в этот день мучителя всё ещё не было. В отличие от реальной жизни, узнику подземелья не приходилось гадать утро или вечер на дворе и отмечать чёрточками дни на стене камеры. Меню, хоть частично и заблокированное наложенным заклятием, показывало информацию о времени и дате.

Ближе к вечеру вместо палача прибыл Глыба с двумя охранниками.

— Ну вот ты и дождался своего нового хозяина! — с порога заявил помощник феодала, неприятно ухмыляясь. — Сейчас мы тебя ему покажем, и ночевать будешь уже в своём новом доме. Если, конечно, это можно будет назвать ночёвкой.

Глыба неприятно засмеялся, а охранники освободили Егора от оков, держащих его на стене и, надев наручники, стилизованные под кандалы, повели из подземелья.

Боевого хомяка привели в огромный зал, где возле роскошного камина за торжественно накрытым столом ужинали двое мужчин: хозяин дома и небольшой сухонький лысый азиат. Охранники подвели Егора к столу.

— Вот оно, Ваше приобретение, уважаемый Пенг! — хозяин дома обращался к гостю с заметным заискиванием. — Никогда прежде не видел настолько упёртого экземпляра. Если бы он несколько раз не терял от боли сознание, я бы подумал, что у него отключены болевые рецепторы. Но они не отключены! Думаю, Вы сможете провести над ним много экспериментов.

— Благодарю! — негромко ответил азиат. — Мы можем сейчас его немного проверить?

— Не вопрос! Глыба! — феодал обратился к помощнику. — Возьми нож, отрежь будущей игрушке уважаемого Пенга уши!

Помощник феодала бросился было к столу за ножом, но покупатель живого товара его остановил.

— Не надо! — сказал азиат. — Я не люблю сталь. Она холодная.

Пенг встал из-за стола, подошёл к Егору и посмотрел ему в глаза и с заметным разочарованием произнёс:

— Твои глаза тоже холодные. Но я попробую их разжечь! Заодно проверим, как хорошо ты переносишь боль! Настолько ли ты хорош, как про тебя говорят.

Пенг отправился к камину и рукой достал из него раскалённый кусок бревна, уже превратившийся в уголь. Потенциальный покупатель Егора улыбнулся кривой ухмылкой. Было видно, что ему больно, но он словно получал от этого наслаждение. По комнате распространился запах горелой кожи, пальцы садиста-экспериментатора шипели от прикосновения к горячей поверхности догорающего куска дерева.

Ухмыляющийся Пенг подошёл к Егору и провёл раскалённым углём по щеке боевого хомяка. Егор почувствовал запах и своей кожи. Было очень больно, но не страшно. Бояться он давно разучился. Да и не до того было. Все мысли игрока Тузика были только об одном: неожиданно возникшем шансе сбежать.

— Сейчас ты будешь одним глазом смотреть, как испаряется второй. Это неприятно. Но весело, — медленно, почти на распев, произнёс садист, глядя в глаза Егору.

Но тому было не до угроз. Егора волновала только кусок угля в руках у Пенга.

— Долбанный извращенец! — с этими словами Тузик из Клана Боевых Хомяков, что было сил, пнул Пенга между ног.

От неожиданности садист разжал руки и выронил уже немного погасший кусок древесного угля. Егор подался вперёд и протянул руки в кандалах ладонями вверх под падающий уголёк.

Игрок Тузик думал в этот момент даже не о том, сможет ли он поймать падающий кусок сгоревшего бревна, а о том, воспримет ли игра этот кусок древесного угля не как обычную неодушевлённую часть мира без особых свойств, а как полноценный игровой предмет с характеристиками.