Книга В огне 2, страница 32 – Алексис Опсокополос

— Стой! Подожди! — раздался мне в спину крик полный страха и отчаяния. — Я действительно не знаю! Я не видел его!

Я развернулся и оглядел Пустовалова. Признаться, он не был похож на человека, который говорит неправду. Но легче мне от этого не становилось — надо было выяснять, кто такой Шаман.

— Я честно не знаю, — простонал пленник. — Я никогда не видел его лица.

— Ты ему информацию в больнице передал! — сказал я, вернувшись в угол к Пустовалову. — Хочешь сказать, не знал, кому передавал?

— Он всегда ходил в маске. И когда пришёл ко мне в больницу, тоже был в маске, только медицинской и больших тёмных очках. Я просто не мог разглядеть его лица.

Я вздохнул, немного помолчал и сказал:

— Даже если это так, мы всё равно будем тебя пытать. Уж прости, всего один процент вероятности того, что ты врёшь, стоит того, чтобы пытаться выбить из тебя информацию. Я не могу по-другому. Мне очень нужен Шаман.

— Но я не знаю! — закричал Пустовалов так громко, что я испугался, не тронулся ли он умом. — Не знаю я! Не мучайте меня!

— А кто знает? — спросил я, проигнорировав, последнюю фразу пленника.

Неожиданно глаза Пустовалова загорелись, будто он вспомнил что-то важное.

— Мужик! Он с нами тогда в подвале сидел! Он знает! — бывший красный главарь затараторил, будто боялся, что я недослушаю его и отдам Коляну приказ о новой пытке. — Он точно должен был видеть Шамана! Он говорил, что они много общались, опыты какие-то ставили. Он точно его видел! Найдите его!

— Омаров?

— Да!

— Но он говорит, что никогда не видел Шамана.

— Он врёт! Точно врёт! Он не мог не видеть! Они с Шаманом в глаза друг другу смотрели! Он сам про это рассказывал! Он его точно видел!

Пустовалова начало трясти от перевозбуждения и страха, я даже немного растерялся. Однако Катя среагировала быстро, она взяла со стола бутылку водки и плеснула пленнику на раны. Это привело того в чувство. Пустовалов закричал от боли, но истерика прекратилась.

— Я тебя услышал, — произнёс я давно забытую фразу, которая так меня бесила во времена работы в рекламном агентстве. — Мы поговорим с Омаровым. Если ты нас не обманул, то больше неприятностей у тебя не будет. С нами как минимум.

После этого я обратился к Кате и Коляну:

— Никому, кроме вас, я не смогу объяснить, насколько важно доставить сюда Омарова живым и как можно быстрее.

— Да поняли уже, — ответила Катя. — Сейчас привезём. Лишь бы машина была свободна.

— А с ним что? — спросил Колян, кивнув на Пустовалова.

— По уму ему бы раны обработать и обезболивающее дать, — ответил я. — Но он мне нужен здесь и именно в таком виде, когда вы привезёте Омарова. Это сэкономит нам время.

— Согласен, этот Омаров не такой уж храбрый парень, явно не захочет, чтобы с ним такое сделали, — сказал Колян, подошёл к Пустовалову и добавил: — Только надо ему ещё нос разбить, эффектнее будет.

— Нет! — поспешил я остановить друга. — Этого хватает! Омаров впечатлительный.

— Мне больно, — простонал тем временем Пустовалов. — Мне очень больно. Обработайте мои раны! Пожалуйста!

— Извини, — ответил я пленнику с искренним сожалением. — Ну никак нельзя. Ты нам в таком виде нужен. После разговора с Омаровым всё обработаем. В больницу даже отпустим. А сейчас могу предложить двойную дозу обезболивающего, если хочешь.