Книга В огне 2, страница 106 – Алексис Опсокополос

Охранник поинтересовался, зачем я роюсь в коробке с ключами, но ответ, что мне срочно надо попасть в комнату к Соломонычу, его устроил. Парень решил, что много вопросов главе клана и Верховному магу Огня задавать не стоит, и был прав. Я быстро нашёл ключи от комнат Смолякова и Соломоныча, второй забрал тоже, чтобы не возникло подозрений. После этого осталось лишь дождаться, когда бывший распорядитель покинет свою комнату.

Ждать пришлось недолго. К восьми часам народ начал подтягиваться на завтрак. В начале девятого на кухню пришёл и Смоляков. После гибели Элины все завтракали быстро, особо никто за столом не задерживался, всем было тяжело находиться на кухне. Без звонкого смеха подруги Гарика и её привычного пожелания приятного аппетита, это помещение стало неуютным.

Я опасался, что Смоляков, глядя на остальных, тоже долго за столом не задержится, поэтому попросил идущего на завтрак Мирона любым способом задержать бывшего распорядителя на кухне хотя бы на десять минут. Когда Арбатов присел к нему за стол, я со всех ног бросился в комнату Смолякова.

К моей радости, сумка, которую распорядитель принёс ночью, была всё ещё под кроватью. Я достал её и рассмотрел. Небольшая, спортивная, очень грязная, она выглядела идеально, чтобы прятать её в куче мусора, внимание она там явно не привлекала.

Осторожно расстегнул замок-молнию и заглянул внутрь. Первое, что бросилось в глаза — огромный нож, скорее даже тесак. И он был весь в крови. Мне даже было неприятно брать его в руки, но всё же я это сделал и внимательно этот нож разглядел. При ближайшем рассмотрении оказалось, что кровью вымазано только лезвие, рукоятка была чистой. И ещё я понял, что это не просто кровь, оставшаяся после пользования ножом.

На лезвие кровью были нанесены какие-то знаки или руны. Я попытался их разглядеть получше и до такой степени напряг зрение, что перед глазами внезапно появилась надпись:

ЖЕРТВЕННЫЙ НОЖ. ХАРАКТЕРИСТИКИ ЗАБЛОКИРОВАНЫ. РАСОВЫЕ ОГРАНИЧЕНИЯ

От неожиданности я чуть не уронил жуткую находку. Положил её на пол и принялся доставать остальное содержимое сумки. Помимо ножа, в ней были пучок какой-то сухой травы, чёрная повязка и стограммовая бутылочка из тёмного стекла, наполненная наполовину какой-то густой жидкостью. На повязке яркими красными чернилами были нарисованы такие же знаки, как на лезвии.

Внимательно и долго разглядывать эти предметы времени не было, к тому же и увиденного было достаточно, чтобы всерьёз призадуматься. Я аккуратно сложил всё назад, застегнул замок и вернул сумку под кровать. После чего быстро покинул комнату.

Когда я вошёл на кухню, Смоляков, который к этому времени уже доел свой завтрак, о чём-то беседовал с Мироном. Разговаривали они стоя, было видно, что бывший распорядитель очень хочет уйти и собирается это сделать, но Арбатов его задерживает из последних сил какими-то вопросами. Завидев меня, Мирон радостно улыбнулся и закончил разговор. Я подошёл к ним, поздоровался с обоими за руку и спросил Смолякова:

— Ты как себя чувствуешь? Как спалось?

Признаться, я даже не знал, с чего начать разговор о его ночной прогулке, но делать это стоило явно не на кухне, поэтому я пока ограничился дежурной нейтральной фразой.

— Спал всю ночь, — ответил бывший распорядитель. — Даже снов не помню. На кровати это намного приятнее, чем на полу, да ещё и прикованным к крюку в стене.