Книга В огне, страница 5 – Алексис Опсокополос

Бывший распорядитель, вообще, всех нас очень удивил, заявив, что планирует порвать со своими бывшими работодателями и полностью сконцентрироваться на помощи нам: на организации обороны Свободного Города и обеспечении его безопасности. Также он сказал, что почти девяносто процентов его бывших подчинённых готово последовать его примеру. На что Соломоныч тут же сказал, что и Смолякову и его людям будет гарантировано сохранение жалования, а, возможно, даже и повышение.

Ещё мне удалось убедить Генриха и Сибиряка в том, что в Свободном Городе, даже на территории контролируемой блатными альянсом, не должно быть ни рэкета, ни их криминальных «профсоюзов». Генрих сразу понял, что со мной на этот предмет лучше не спорить. А на попытки Сибиряка объяснить всем, что на таких отношениях строится вся экономика их альянса, я ответил, что теперь она будет строиться на честном и добросовестном труде. А кого это не устраивает, тот может продолжать жить по старым законам. Но вне нашего клана и без нашей защиты и иммунитета к пострезервационному синдрому. Сибиряк, вынужден был со мной согласиться, хотя несколько раз заявил, что это неправильно. А после того, как я объявил, что проверку факта ликвидации «профсоюзов» поручу Коляну, Жора совсем сник. Возможно, до этого он ещё питал некоторые надежды сохранить всё, как было, но теперь окончательно понял, что наступают новые времена и с ними приходят новые порядки.

Поговорили о том, что необходимо, как можно быстрее, начинать принимать в клан жителей поселения. Это усилило бы наши позиции очень сильно. Но вот в вопросе, кого принимать, а кого лишить такой привилегии, обнаружились принципиальные противоречия. Я предложил объявить амнистию и принять всех, но встретил возмущённое неприятие этой идеи со стороны Генриха, Сибиряка и Рината. Они категорически не хотели находиться в одном клане с теми, кто лишил жизни их товарищей. И в отличие от идеи с ликвидацией «профсоюзов», в этот раз я понял, что давить нельзя. Ребята имели право на такую позицию. Надо было искать компромисс. И как оказалось, Соломоныч уже давно его нашёл, причём там, где никто из нас и искать бы не стал.

Пока я, будучи на эмоциональном подъёме от победы и освобождения Свободного Города, испытывал приступ человеколюбия, а моих друзей обуревала жажда мести, старый барыга подошёл к вопросу приёма в клан совершенно с другой стороны — с коммерческой.

— Друзья мои! — улыбнувшись, сказал Соломоныч. — Я вам сейчас скажу кое-что важное!

Немного подождав, пока все перестанут спорить и начнут его слушать, мой старший товарищ продолжил:

— Я вас всех прекрасно понимаю. И тебя, Макс, ведь тебе хочется создать мощный клан, и вас, ребята, потому что такое не прощается. Но давайте смотреть на вещи со всех сторон! Мы отбили Точку. Мы стали называть её Свободным Городом. У нас есть немного оружия, немного денег и куча энтузиазма. Но он очень быстро закончится. Он будет заканчиваться вместе с финансами.

— Только не говори, что мы будем принимать в клан за деньги! — перебил я Соломоныча.

— Не всех, — старый коммерс улыбнулся. — Но будем! Есть несколько человек, которые организовали резню на Точке и выгнали наших друзей за территорию погибать. Есть те, кто проявлял особую жестокость во время этой подлой операции. К ним не может быть пощады. Прощение за это не купить ни за какие деньги. И мы накажем их всех до единого. Но также есть много тех, кто не запачкал свои руки кровью. Да, они поддерживали красный альянс, кто-то откупился, вроде моих бывших братьев по альянсу, кто-то даже встал под ружьё, но при этом не проявлял жестокости и бросил оружие, едва мы сюда пришли. Кто-то просто сопереживал красным, но не сделал ничего плохого. Вот эти люди и должны теперь послужить нам. Они очень хотят покинуть это место. И чтобы получить такую возможность, они отдадут всё! И мы это всё у них с радостью примем.