Книга В отрыве, страница 76 – Алексис Опсокополос

Я резко развернулся и подбежал к раненому товарищу.

— Соломоныч! Ты меня слышишь?

— Не ори! Слышу я тебя. Уши мне вроде не отрезали.

— Просто я думал, ты под кайфом.

— Да хрен там, — недовольно пробурчал старый коммерс. — Такой отход сучата испоганили.

— Какой ещё на фиг отход? Я клан создал! Сейчас тебя в него приму, и будешь жить! Ты, вообще, в курсе, что тебя из твоего клана выгнали?

— Да.

Я решил не терять время и тут же отправил Системе запрос на принятие Соломоныча в мой клан. После чего предупредил старшего товарища:

— Жди! Сейчас Система тебя попросит подтвердить, что ты согласен.

Но мой потенциальный соклановец не отвечал. Он смотрел на меня, а если точнее, то сквозь меня стеклянным взглядом.

— Соломоныч! — я начал трясти товарища за плечи. — Ты только не умирай! Это нечестно! Слышишь меня?

— Оставь ты человека! — подошедший Стэн оттащил меня от раненого друга. — Не видишь, что ли? Он не отошёл ещё.

— Но он только что со мной нормально разговаривал!

— Макс, ты погляди! — вмешался в разговор Гарик. — Он весь изрезан. С него кожу сдирали. Так как он был под кайфом, то это на какое-то время немного всё обезболило. Сейчас кайф проходит, и боль возвращается в полном объёме. Надо ему обезболивающий укол сделать и обработать раны. Сейчас этим займутся.

— Надо его в клан принять! Видимо, из-за наркоты его и синдром не брал, а сейчас тоже навалится! — мне хотелось как можно быстрее гарантировать Соломонычу защиту от синдрома.

— Сейчас врачи прибудут, попросим что-нибудь сделать.

Ждали мы недолго, минут через пять в дверь постучали. Стэн открыл, и бригада скорой помощи просто влетела в номер. С виду трудно было распознать, настоящие это были врачи, или переодевшиеся друзья Гарика. Можно было посмотреть по характеристикам, но мне было не до того. Всё равно других не было.

Почти сразу же за врачами прибыл тот самый Лёха, второй друг Вадима. В отличие от Филиппенко служивый человек понял всё без слов и задал лишь один вопрос:

— По какой схеме будем разгребать это всё?

— А сам что предложишь? — спросил я и кратко обрисовал ситуацию.

Алексей некоторое время подумал и предложил вариант:

— Если Ваш друг остановился тут инкогнито, и Вы хотите сохранить в тайне его пребывание в отеле, то мы можем поступить так: этого старика, которого Вы убили, выдать за нашего гостя. А далее можно ничего особо и не придумывать. Есть те, кто на него напал. Вот они на полу лежат. Есть раненая охрана отеля. Старика и остальных убитых в морг, раненых в больницу. Прятать никого не нужно. Охрана отеля пострадала, выполняя свои обязанности. Старик уже ничего никому не расскажет. Дело закроют. Наши ребята и Вадим получат благодарности и выплаты по страховке. Как и семьи погибших. Нас тут всех страхуют в обязательном порядке.

План был хорош, и всё в нём было замечательно, кроме одной мелочи. В эту схему никак не укладывался выживший помощник Соскинда. Это было слабое место. Парень мог всё испортить, дать показания в полиции или КСК, рассказать о произошедшем своим товарищам.

Надо было принимать очередное важное решение. И оно было нелёгким. Нельзя сказать, что это был единственный вариант, но он нас устраивал. Искать другие, не было ни времени, ни желания. Как бы мне ни было трудно, как бы ни противилось всё моё естество такому поступку, напоминая, что к раненым врагам следует проявлять сострадание, но это действительно был оптимальный вариант. И немного утешало то, что, во-первых, я это делал не ради мести или удовольствия, а во-вторых, это не мы пришли к этим ребятам домой.