Книга После развода с драконом. Старая жена снова нужна, страница 128 – Нина Новак

— Я убил твою, сестру, Владыка. Что будешь делать? Простишь?

Рэй отвечает не сразу, а я ощущаю лишь безграничную силу, что льется из него. И мой дар вибрирует в унисон дракону. Моя ипостась потягивается, принюхивается к запаху крови, и я понимаю — кто-то открыл двери в подвале. Сила Хотронга беспрепятственно вырвалась наружу давящей волной, пахнущей землей и забытой магией.

Драконы хищно трепещут ноздрями, ощущая чужеродную мощь.

— Конечно же, ты ответишь за смерть моей сестры, — низкий голос Рэя звучит страшно. — А также за то, что погубил Софи.

— Мы принесли ее в жертву, как самую никчемную в клане. А ты за нее держишься, Сауберн!

Шарп смеется. Он взвинчен, в глазах проносятся молнии. Все находящиеся в часовне драконы ощущают вырвавшуюся силу — чуждую, страшную, темную.

Муж Майи кладет ладонь на рукоять меча, но его глаза уже стали драконьими, золотыми.

Жрец склоняется над невестой. Он молчит, но это определенно от страха. Старческое лицо вмиг осунулось.

А гости уже делятся на два лагеря. Часть собирается вокруг Сауберна, часть встает за спиной у Шарпа.

— Эй, подстилка Саубернов! — вдруг кричит Шарп, обращаясь к перевертышу, изображающему меня. — Иди к нам. Это твой последний шанс спасти свою шкуру, Софи!

Кассандра юркает за спину Рэю и оттуда шипит.

Ох, а император, наверное, потирает руки. Он удачно стравил два клана. Умерла не невеста, а Розанна, но что это меняет? Битве быть.

— Это твои последние слова в твоей никчемной жизни, Кларенс, — цедит Рэй.

И в следующий миг драконы начинают оборачиваться. С ужасом осознаю, что трансформация касается и меня. Ощущаю Рэя рядом голыми инстинктами, потому что зрение на время пропадает, а тело словно выворачивает наизнанку.

Часовня рушится, осыпаясь мраморными плитами и глыбами камней, но я цепляюсь за огромного черного дракона как за якорь. Ощущаю его ярость и жажду убивать.

В тот момент никто не знает, что за пределами часовни ждет ловушка, но мой хитрый муж все-таки предусмотрел и это.

“Я думал, что придется сажать тебя на спину! Держись рядом, Света”! — голос Рэя почему-то раздается прямо… в голове.

После же меня бьет яростью его химеры, которую подавляли столько лет. Делается страшно от этой концентрированной ненависти, а я все еще ничего не вижу и машу крыльями, как новорожденный детеныш.

В голове шумит, какофония оглушает, непривычные эмоции взрываются фейерверками.

Я готова кричать от страха. Что будет, если я не удержу драконицу в узде и сорвусь вниз?

Мой оборот спровоцировала магия, вырвавшаяся на свободу, но это значит, что и Дрейк… обернулся?

Слава Богам, он в монастыре, но сердце тем не менее ускоряется от паники.

Я должна жить ради своего сына!

Эта мысль придает сил. Материнский инстинкт самый сильный, он никогда не подведет. Моя любовь к сыну помогает отринуть ужас и я понимаю, что прекрасно владею телом, хоть оно и в тысячу крат тяжелее моего.

И да — тело драконицы все делает само. Правильно. Да и зрение возвращается, нюх становится острым. А по нервам хлещет чужое желание убивать.

Я должна успеть, Боги…

Подлетаю к Рэю. Его огромный дракон покрыт смоляной чешуей, а длинный хвост отличается от змеиного дополнительными шипами и твердыми пластинами.

Тянусь к Сауберну мыслью и получаю первый результат — его ярость успокаивается, позволяя человеку обуздать химеру. Слава Богам, среди хаоса мелькает проблеск разума. Человеческая искра разгорается и я ощущаю идущие от мужа благодарность, нежность, любовь.