Книга Аптека лекаря-попаданки и раненый дракон в довесок, страница 36 – Полина Краншевская

Предупреждение масты Софии о последствиях тревожило, и сильно. Но внутри все кричало, что алебастр — лучший вариант, и я не могла противиться настойчивой тяге, сделать все по-своему. Пришлось с головой уйти в работу, чтобы не обращать внимания на поджатые губы хозяйки аптеки и ее неодобрительный взгляд.

Кипящий масляный состав я сняла с горелки, процедила через мелкое металлическое ситечко и остудила частичкой магии. Получился белесый экстракт.

— Готово, — объявила я и поднесла к масте Софии металлическую миску с полученной смесью.

— Раз уверена в выборе минерала, то соедини с основой и добавь магию, — с безразличием отозвалась хозяйка аптеки.

Я отыскала вазелиновую основу в склянке на стеллаже, добавила часть в экстракт и принялась тщательно вымешивать деревянной лопаткой. Мазь быстро густела, становясь белоснежной.

При мысли о Маэле и его ране внутри зародилось тепло. Мурашки поползли по коже. Магия заструилась по рукам и обозначилась зудом пальцев.

— Напитай мазь целебной силой, заживи рану, укрепи организм, — приказала я и отпустила тонкой струйкой поток энергии.

Сиреневые искры сорвались с кончиков пальцев, впитались в белую смесь и подарили мази колдовское сияние. Я залюбовалась процессом и не заметила, как хозяйка аптеки оказалась за моим плечом.

— Теперь все будет зависеть от того, поможет ли твое средство среднего порядка дракону. В твоих интересах, чтобы все сработало, как положено. А иначе…

От брошенных прохладным тоном слов, я вздрогнула и развернулась к масте Софии, рассчитывая услышать угрозу до конца. Но призрачная старушка растаяла в воздухе, так и не огласив последствия.

Меня затрясло. Еще одной встречи с Толиком я не вынесу. Прежняя жизнь и так сделала меня чересчур мнительной и тревожной. Если аптека продолжит насылать жуткие видения о бывшем, я совсем умом тронусь. Это слишком жестоко.

Но мой новый дом был всего лишь магическим местом и явно не знал жалости. Умолять бесполезно, торговаться или угрожать бессмысленно. Единственный выход — сделать так, чтобы мазь подействовала. И я добьюсь этого, чего бы мне ни стоило заживить рану стража.

Глаза я открыла все в той же гостиной, где выпила обучающее снадобье. За окном пламенел закат. Дракона на этот раз рядом не оказалось. Только две чашки с остывшим чаем и тарелка, полная бутербродов, выдавала, что страж дожидался меня, рассчитывая вместе перекусить. Неясное беспокойство зародилось в душе, и я позвала:

— Маэль, ты здесь?

Тишина стала мне ответом. Может, дракон занят и просто не слышит. Желудок напомнил о себе голодным спазмом. Я наскоро проглотила пару бутербродов, запила их прохладным чаем и поспешила на поиски стража.

В торговом зале царили чистота и порядок. Ни намека на присутствие дракона. В кухне и спальнях его тоже не оказалось. Куда же пропал Маэль? Может, вышел за продуктами, например? А я себе уже надумала всякого.

Но интуиция буквально вопила, что со стражем беда, и нужно продолжать поиски. На всякий случай я заглянула в ванную и ахнула. Дракон лежал на каменном полу и стонал от боли, находясь в забытьи.

— Вот черт! — Я бросилась к стражу, упала возле него на колени и принялась ощупывать.

Влажный лоб пылал, как в первую ночь здесь. Пульс зашкаливал. Грудь высоко поднималась и опадала при дыхании. В центре чернела рана, источая тяжелый запах. Казалось, состояние Маэля стало еще хуже, чем до того, как я дала ему отвар от лихорадки.