Книга Последняя надежда драконьего императора, страница 25 – Виктория Чара

— По моим скромным оценкам местного документооборота, регистрация магического патента обойдется нам в пять серебряных марок. Ну, и еще пару медных грошей на гербовый сбор, — авторитетно заявила Скрепка.

Я молча полезла в карман куртки, вытащила аккуратно сложенные две тысячи рублей и помахала ими в воздухе. Мы со Скрепкой уставились на них. Похоже, нам обеим пришла в голову одна и та же мысль, потому что заговорили мы одновременно:

— Я не знаю, как выглядят местные деньги, — сказала я.

— Меня вряд ли послушается печка, — сказала она.

— Все равно надо попробовать! — произнесли мы хором.

Мы подошли к печи. Я тщательно расправила рубли и положила их на холодные камни.

— Я представляю звонкое серебро, — сосредоточенно пропыхтела Таисия, зажмуривая глазки. — А ты крути ручку!

Превращение денег в деньги прошло на удивление гладко. На всякий случай я сдвинула рукоять печи сразу на два деления. Внутри привычно полыхнуло синим, и уже через секунду на камнях лежала горстка серебряных и медных монет совершенно незнакомой чеканки.

— Вот теперь, — с уважением выдохнула Таис, разглядывая наше богатство, — у нас начинается настоящая деловая жизнь. А теперь марш мыться! Надо для начала превратить в человека директрису нашей конторы!

Дважды повторять мне не пришлось. Я перетаскала остатки лунной воды в душевую.

Часть я уже успела перелить в две кастрюли и чайник — мало ли, вдруг завтра небо затянет тучами.

Забравшись в деревянную лохань, я с невероятным наслаждением принялась мыться. Мыла у меня не было, ледяная вода обжигала, но при этом странным образом бодрила, буквально напитывая каждую клеточку тела. Из душевой я вышла свежей и невероятно энергичной.

— Огогошеньки! — присвистнула Таисия, едва я показалась в комнате.

— Что⁈ — икнула я от испуга, лихорадочно ощупывая лицо.

— Хорошо выглядишь, — хихикнула Скрепка. — Глаза горят, волосы блестят. Прямо другой человек! А чувствуешь себя как?

— Нормально чувствую. Напугала! Я уж думала, что у меня от этой магической воды рога выросли.

Всю оставшуюся ночь мы вдохновенно готовились к открытию. Выдвинули на середину комнаты наш резной столик, на который торжественно водрузили первый готовый артефакт — новенький молоток. Рядом, для наглядности, положили один из тех ржавых гвоздей, что остались после императорского ремонта.

— Товар лицом, так сказать, — деловито резюмировала я, полюбовавшись на наш выставочный образец.

Наша неутомимая Улитка на сверх скоростях отмывала полы, стены окна и подоконники.

Таисия деловито излагала мне подробности регистрации нашего бюро в ратуше. А у меня от всего этого просто голова шла кругом.

К тому же я вдруг поняла, что у меня совершенно нет приличной по местным меркам одежды. Рисковать и снова выходить на улицу в джинсах я не собиралась. Это в прошлый раз меня так удачно приняли за мальчика, но теперь-то мне предстояло представляться своим именем.

В дело пошли блузка с пышными рюшами, которую мы со старшей сестрой по очереди надевали на школьный последний звонок, и бабушкина оранжевая штора из моего «приданого».

Я натянула блузку, а затем вооружилась прихваченными из дома иголкой и белой ниткой. Наскоро сшила штору по длинному краю до середины, чтобы при ходьбе не сверкать голыми ногами, а оставшийся широкий хвост элегантно перекинула через плечо.