Книга Последняя надежда драконьего императора, страница 14 – Виктория Чара

В воображении нарисовался румяный и аппетитный образ. В этот момент я осторожно потянула на себя ручку, она легонько звякнула, внутри что-то полыхнуло синим, и…

Воздух моментально наполнился одуряющими ароматами. Не веря себе, я распахнула глаза — прямо на камнях лежал огромный, пышущий жаром румяный пирог с пышным, заплетенным в косичку краем.

— Получилось… — благоговейно выдохнула я, вытягивая это чудо наружу.

Забыв обо всем, я отломила себе здоровенный кусок и прямо так, стоя у печи на коленках, впилась в него зубами.

Пирог обжигал пальцы и губы. Но как же это было вкусно. На глаза даже слезы навернулись.

Нежное, тающее во рту тесто, горячий чуть солоноватый творог… Тепло мягко разливалось внутри, согревая, казалось, саму душу. Я буквально проглотила кусок, отломила второй.

С каждым укусом я физически ощущала, как отступает противная дрожь в коленях, а искрить на кончиках пальцев начинает чуть ощутимее.

— Вот и славненько. Хоть на человека стала похожа, — удовлетворенно кивнула Скрепка.

— Воды бы где раздобыть, — призналась я, дожевывая третий кусок.

— Хм… Во дворе колодец старый есть… — задумчиво произнесла Таисия. — Пойдем, поищем.

Во двор я выходила с опаской — вдруг чешуйчатый император поджидает где-то поблизости.

Но двор был пуст, торговая площадь за деревьями жила своей шумной жизнью, зато буквально в пяти метрах от дома обнаружился настоящий деревянный колодец.

На краю стояло здоровенное деревянное ведро. Я столкнула его вниз. Цепь радостно загремела, бадья ухнула в темноту со всплеском.

А вот тащить ее обратно оказалось куда сложнее. Упираясь кроссовками в землю, я с трудом крутила неподъемную ручку, чувствуя, как напрягается каждая мышца. Когда ведро наконец показалось над краем сруба, я дернула его на себя, щедро плеснув ледяной водой прямо на штанины.

Я только тяжело вздохнула. Вода была добыта! Опустив подбородок прямо в студеную воду, я начала пить как невоспитанная лошадка. От холода свело зубы. Но, как же это было вкусно! Я вытерла губы рукавом.

— Твои манеры я даже комментировать не буду, — вздохнула Таисия.

— В доме посуды нет, — напомнила я, — ни чашки, ни ложки, ни кастрюльки. Ни-че-го!

— Ты бабкино письмо помнишь? Что она про дом писала? Договариваться с ним надо! Он тебя полы помыть еще когда попросил? Голова — два уха! В одно влетело, в другое вылетело!

Она возмущенно пошагала обратно к дому.

Я зачерпнула еще немного воды и растерла руки, затем еще — и плеснула на лицо.

Пока умывалась, заметила чуть поодаль, под покосившимся навесом, старую уличную печь. Сбоку валялись сухие ветки и пара поленьев покрепче. Ха! Летняя кухня! А жизнь-то налаживается!

Я вернулась в комнату, вытирая мокрое лицо рукавом.

— Ну, что, сказала я с воодушевлением. — Моем полы?

Обсмотрев все углы, я-таки нашла в этом пустом доме одну чудом забытую тряпицу.

— Вот, все, что мы имеем. Так, мозг вселенной, выручай. Нужны ценные советы — как убираться, если ни ведра, ни тряпки нет? Может, заклинание какое подскажешь?

Я взглянула на свою футболку. Ну нет, футболку — жалко. Хоть и грязная, но любимая.

— Заклинание тебе рано пока. Ты у печки попроси. Вроде вы уже с ней договорились.

Переложив остатки пирога на чистый пакет, я сунула найденный лоскут в печь.