Книга Последняя надежда драконьего императора, страница 134 – Виктория Чара

А ночью снова уснула в его постели, зарывшись носом в подушку.

И проснулась от поцелуя.

Сначала я здраво решила, что это сон. За три дня мне столько раз снилось, как он возвращается и целует меня, что я даже глаз не открыла — просто чтобы не спугнуть видение.

Но запаха дыма в моих видениях не было, а тут был. И его губы — горячие, настойчивые и такие родные, продолжали и продолжали меня целовать так, что сердце заходилось.

— Как же приятно застать жену в собственной постели, — хрипло произнесли над самым моим ухом.

Я распахнула глаза и с радостным воплем бросилась ему на шею.

Рэйвен обнял меня — чумазый, небритый, в порванной в нескольких местах одежде. Зато глаза сияли торжеством и счастьем.

А за окном уже расцветало чистое, спокойное голубое небо.

— Ты вернулся, — выдохнула я, всё ещё не веря и едва ли не душа его в объятиях.

Он рассмеялся и снова меня поцеловал.

Мы так и сидели на смятой постели, обнявшись, будто боялись, что стоит разжать руки — и всё исчезнет.

Вдруг кольцо на моём пальце раскалилось. Я зашипела от боли и отдёрнула руку.

Первым вспыхнул Гномий камень. Бронзовый свет стал почти белым — и камень исчез. Следом один за другим вспыхнули и пропали солнечный человеческий и зелёный эльфийский. Последним ярко полыхнул синий камень Неба.

На моей руке снова остался один-единственный чёрный ведьминский камень.

Рэйвен задумчиво коснулся груди и расстегнул верхние пуговицы рубашки. На старом потёртом шнурке уже висел вернувшийся синий камень Неба.

— Они просто вернулись к своим народам, — понял он.

Я смотрела на опустевшее кольцо и вдруг поняла, что так и не осуществила свою мечту.

— А я ведь не успела ими воспользоваться, — тихо сказала я.

— Для чего?

— В письме Илоны говорилось, что пять Камней вместе могут открыть дорогу в мой мир. — Я подняла на него глаза. — Понимаешь, это был мой единственный шанс.

А пока идет подготовка к свадьбе, Ася начинает примерять платья.

— Скучаешь по дому? — тихо спросил Рэйвен.

Я посмотрела на своё кольцо, и горло сдавило.

— Да вроде и дома там у меня нет. Но там прошло моё детство, там была бабушка… — Тут я чуть не заплакала, но всё-таки взяла себя в руки. — Ну и просто хотелось угостить тебя кофе, купить нормальные зубные щётки и шампунь. Глупости, да? А я по этим глупостям тоскую, кажется, сильнее, чем стоило бы.

Рэйвен осторожно поцеловал меня.

— Объяснишь местным умельцам, что такое этот твой кофе и как выглядят щётки. Они всё сделают.

Я не стала спорить. Ну правда, почти всему можно найти замену. Я в этом мире толком ещё и не жила — вдруг и кофе отыщется.

Пока во дворце вовсю готовились к свадьбе, нам с Рэйвеном пришлось разбираться с алтарём.

В Ведьмином доме собралось столько умудрённых сединами академиков, артефакторов и знатоков древней магии, что его окрестности превратились в выездной магический консилиум всех академий империи разом.

Старцы ходили кругами вокруг дома, спускались в подвал, задумчиво чесали то бороды, то лысины. Водили над чёрным кубом разными магическими приборами, что-то записывали, спорили до хрипоты и шептали себе под нос. Из Академии им всё везли и везли новые фолианты и свитки.

Работа кипела.

Под нужды «наших уважаемых академиков», как именовал их Рэйвен, во дворце пришлось отдать целых три огромные комнаты.