Книга Малинка для Мажора, страница 36 – Daria Tetslova

Альбина моргает несколько раз и вдруг отступает назад с презрительной усмешкой. Взгляд её всё ещё полон злобы и вызова. А я чувствую внутри себя спокойствие — ведь я знаю: мы стоим за правду и достоинство. И никакая эта злобная тварь не сможет нас сломать или запугать.

Нас прерывают — из толпы пробиваются преподаватели, разгоняя всех студентов. К нам обращается один из незнакомых мне преподавателей — мужчина средних лет, с серьезным выражением лица. Он обводит взглядом нас четверых и громко спрашивает:

— Что здесь произошло? — его голос грохочет, словно раскаты грома.

Я уже собираюсь ответить, делая к нему шаг, как меня грубо отталкивает плечом Альбина. Она говорит, при этом хлопая нарощенными ресницами так, будто сейчас взлетит:

— Ничего особенного, Иннокентий Альбертович. Первокурсницы разлили наш кофе. — ее голос звучит фальшиво и самодовольно.

Я бросаю взгляд на Лесю — она бледна и кажется немного растерянной, словно только что очутилась в центре этого напряженного конфликта.

Преподаватель переводит взгляд на нас с Лесей, ожидая подтверждения или опровержения её слов. Я делаю шаг вперед и спокойно отвечаю:

— У нас случилось недоразумение, всё уже улажено, — убеждаю его, стараясь говорить уверенно. Он продолжает хмуро взирать на нас, словно пытаясь понять, есть ли в наших словах правда. Яна и Леся кивают головами в знак согласия.

В этот момент я чувствую, как напряжение немного спадает. Преподаватель смотрит на нас внимательно, затем медленно кивает:

— Хорошо. Тогда я надеюсь, что подобное больше не повторится. В университете ценится уважение друг к другу.

Он делает паузу и добавляет строго:

— А вы, девочки, будьте внимательнее в следующий раз. И не забывайте — здесь учатся не только для оценок, но и для того, чтобы стать достойными людьми.

Преподаватель отправляет Яну и Альбину на пару, а нам с Лесей кивает в сторону разбросанных учебников и конспектов Леси. В этот момент я замечаю, как рука Леси невольно тянется к раскиданным тетрадям и книгам — видно, ей важно сохранить спокойствие и порядок даже в такой ситуации. Преподаватель уходит, оставляя нас одних, и я перехватываю руку Леси, заставляя её поднять на меня глаза. Она смотрит, и я вижу её внутреннюю борьбу. Я киваю ей, без слов принимая её просьбу ни о чём не спрашивать. Мы молча собираем уцелевшие страницы конспекта.

— Вот ещё, — говорю я, поднимая с пола последний листок и передавая его Лесе.

Она аккуратно забирает его, вкладывая в папку.

— Спасибо, — тихо говорит Леся.

— О чём речь? — спрашиваю я мягко, улыбнувшись. — Ты уже к девчатам направлялась?

— Да, они же написали, что ждут нас, — отвечает Леся. — А ты разве не в кафетерий шла?

— Нет, — качаю головой. — Меня куратор зачем-то позвал. Вот я и шла на кафедру.

— Что-то случилось у тебя? — обеспокоенно спрашивает Леся.

— Надеюсь, что нет. Хватит с нас происшествий, — усмехаюсь я. — Ты иди, я сбегаю, узнаю в чём дело и присоединюсь к вам.

Леся соглашается и поворачивается в сторону университетского кафетерия. Как я её окликаю:

— Лесь,— говорю я тихо.

Она оборачивается, приподнимая бровь вопросительно.

— Если захочешь выговориться, я выслушаю,— понизив голосом добавляю я, — ты же знаешь.

Она грустно улыбается, кивнула мне и направляется в кафетерий.