Книга Роль злодейки для финального босса, страница 65 – Рина Чар

Но когда я подошла вплотную и аккуратно заглянула внутрь сквозь щель, то не смогла сдержать ошарашенного, сдавленного вздоха.

— Что же здесь, черт возьми, творится?

Просторный зал был погружён в густой полумрак, но десятки толстых ритуальных свечей, расставленных по правильному геометрическому периметру, отбрасывали пляшущие тени на каменные стены. Мой нос тут же уловил удушающий запах трав, обычно применяемых в запрещённых темных заклинаниях.

«Чёрт бы всё это побрал! За что мне всё это?» — взвыла я про себя, но времени раздумывать о собственной глупости уже не было.

Я нервно огляделась вокруг, пытаясь найти источник этого беспредела. Внутри всё замирало от страха, но, осмотрев помещение и не заметив никого из сектантов, я немного осмелела и шагнула внутрь.

Прямо посередине зала, в идеально очерченной мелом сложной пентаграмме, стояла светловолосая девушка. В заостренных углах звезды виднелись непонятные мне артефакты — крупные, мутные кристаллы, испускавшие слабое свечение. За внешней границей контура дымились бронзовые чаши с травами. На столе сбоку были небрежно разбросаны свитки.

— Пс! Пс-с! — позвала я её, едва не всхлипнув от волнения, и сделала маленький, неуверенный шажок вперед.

Лицо главной героини казалось неестественно бледным, как у восковой куклы. Глаза Аниссы были плотно закрыты. Она не шевелилась — ни взмаха длинных ресниц, ни дрогнувшего пальца, ни вздоха.

— Пс-с, кому говорю! Анисса!

Но святая не отозвалась. В зале царила абсолютная, тяжелая, почти беспросветная тишина. Лишь пламя свечей изредка с шипением потрескивало.

— Анисса, твою мать! — прошипела я, затравленно озираясь по сторонам и стараясь унять нарастающую панику.

Очередное молчание. Она даже не пошевелилась — стояла всё так же неподвижно, как изящная мраморная статуя.

— Нет… Ты точно Агнесса, дура, каких ещё свет не видывал, — отчаянно упрекнула я саму себя, внезапно осознав, какую огромную ошибку сейчас совершаю.

Это ведь Главная Героиня! По законам жанра её бы однозначно кто-то прибежал спасти! Чего я поперлась сюда со своей недозлодейской аурой?! Стать идеальной подозреваемой на месте преступления?!

Но, отбросив внутренние метания и трусость, я ринулась прямо к девчонке. Добравшись до светящейся пентаграммы и стараясь не коснуться ни одного заряженного кристалла, я аккуратно затерла носком туфли меловую линию, нарушая магический контур, и только после этого шагнула внутрь.

Как она вообще здесь оказалась? Что случилось? И почему я совершенно не помнила подобного эпизода в оригинальной игре?

Хотя нет. Я знала, что помимо сопливой романтической линии в сценарии существовала ещё и основная ветка с глобальным злом.

Ведь где есть слащавые герои, там должны быть и эпичные злодеи, верно? Игре нужен был какой‑то двигатель прогресса, катализатор событий, чтобы сплотить персонажей помимо дрязг в отношениях.

Из детективного там было вот что: в Академии начали массово пропадать адепты.

Многие, особенно те, кто был послабее, стремительно теряли свой магический потенциал — их аура тускнела, заклинания давали осечку, силы буквально таяли на глазах. Это бросалось в глаза даже через экран монитора, потому что в какой-то момент фоновые NPC начинали отличаться по рисовке, становясь серыми и бледными. Точь-в-точь как то, о чем мне недавно шептала Мелая!