Книга Роль злодейки для финального босса, страница 105 – Рина Чар

— Тот факт, что я её защищаю, совершенно не означает, что я её вижу как женщину, — глухо произнес он. — Для меня в стенах этой проклятой Академии существует только один человек, способный разрушить мое тысячелетнее равновесие одной лишь своей улыбкой. И сейчас этот человек ведет себя возмутительно неблагоразумно, заигрывая с темным эльфом только ради того, чтобы уколоть меня побольнее.

— Да когда это я с ним... — хотела было возмутиться я, но так и не смогла продолжить фразу, задохнувшись от его близости.

В глубине его вертикальных зрачков мелькнуло нечто собственническое. Но это была не уязвленная гордость обманутого мужчины. Скорее это была клокочущая ярость темного дракона, к чьему единственному сокровищу посмели потянуться чужие руки.

— Тогда почему… — начала я, запнувшись и чувствуя, как весь мой праведный боевой запал стремительно рассыпается прахом под этим взглядом. — Почему вы не сказали мне всё прямо, ещё тогда, в день подписания договора? Зачем эти тайны с Аниссой?

— Потому что я отчаянно пытаюсь уберечь тебя от того кошмара, что грядет в полнолуние, — тяжело выдохнул он, опираясь свободной рукой о стеллаж над моей головой. — И потому что я, как последний глупец, надеялся: твое доверие ко мне окажется сильнее того, что видят твои глаза.

Я с силой прикусила нижнюю губу. Злая, колючая ревность послушно отступала, оставляя после себя лишь щемящее чувство вины, переплетаясь с остатками обиды, которая всё ещё тихо саднила где-то под ребрами.

— Не нужно меня беречь. Уж поверьте, с этим я давно привыкла справляться сама, — негромко, но твердо ответила я. — А доверие — материя очень хрупкая, Раймонд. Куда хрупче, чем любые магические узы.

Я осторожно отвела его руку от своего лица. Хотя, видит Бездна, больше всего на свете мне сейчас хотелось позорно сдаться и прижаться щекой к его широкой ладони.

— И в следующий раз, когда решите кого-нибудь так нежно «утешить» в коридоре, вспомните, что у академических стен есть уши. А у меня — скверный характер и пара запасных жизней, чтобы его демонстрировать.

Раймонд коротко, с видимым облегчением усмехнулся. Вертикальные зрачки медленно начали возвращаться в человеческую форму.

— О твоем скверном характере я осведомлен лучше, чем кто-либо в этом мире. Именно поэтому ты до сих пор не заперта мной в самой высокой и надежной башне замка. Хотя признаюсь честно… сегодня искушение было особенно велико.

Раймонд медленно возвращал себе самообладание, однако в самой глубине его потемневших глаз всё ещё тлели опасные угли. Внутренний зверь притих, но он мог вспыхнуть уничтожающим пожаром от малейшей искры.

— Иди к себе в общежитие, Агнесса. И постарайся до практикума больше ничего себе не отрезать и ни с кем не заключать сомнительных союзов.

Я молча развернулась, чтобы уйти, кожей чувствуя его тяжелый, провожающий взгляд между лопаток. Но на полпути к выходу из секции всё же не выдержала. Притормозила и мстительно бросила через плечо:

— И всё же… та прядь. Она мне действительно очень нравилась, магистр.

Я не видела лица Раймонда, но была абсолютно уверена: он едва заметно, согласно качнул головой. И прямо сейчас в мельчайших деталях планировал, как именно наглый эльф после практикума будет отрабатывать результаты их совместного парикмахерского «творчества» на чистке самых закопченных алхимических котлов.