Книга Месть Даники, страница 9 – М Кей Нуар

— О да, особенно когда разгуливаешь по дому в таком виде. — Данте качает головой, но улыбается, несмотря на слова.

— Ты сказал, я должна чувствовать себя как дома... — Я ухмыляюсь. — Так мы идём сегодня за покупками или как? У меня всё ещё нет платья на банкет, а до него меньше недели.

— Сегодня не могу. У меня много дел. — Данте тяжело вздыхает, хрустя костяшками.

— Так напряжённо, да? — спрашиваю я, пытаясь скрыть разочарование.

— Я компенсирую...

Я не отвечаю, позволяя тишине повиснуть между нами.

Это нехорошо. Данте ничего не добьется, когда он так взвинчен — я достаточно хорошо его знаю, чтобы понимать это.

Есть только одно лекарство...

— Запри дверь, — наконец говорю я, мой голос медленный и томный, властный.

Вся атмосфера в комнате меняется.

Данте смотрит на меня, но не смеет спросить. Он знает этот взгляд, этот голос.

— Да, Мисс. — Он идёт к двери и делает, как велено. — Даника, я... — начинает он, но я перебиваю.

— Тихо, мальчик! Оставайся там, — инструктирую я, медленно развязывая пояс халата. Выражение его лица вызывает у меня улыбку, но я продолжаю играть строгую роль.

Дисциплина — важная часть обучения Данте. Наш контракт говорит об этом. Он говорит и о многом другом, перечисляя все наши границы, наши «возможно», наши абсолютные желания. В рамках этих бумаг лежат инструкции для всей нашей динамики... и эти рамки вовсе не ограничивающие. Он хочет, чтобы я делала с ним всё, что захочу.

Но у меня есть пределы, которые я не переступлю.

И Данте уважает это.

Не отрывая взгляда, я сбрасываю халат с плеч, гладкая ткань распахивается вокруг моей груди. Данте стоит неподвижно, послушно, буквально пуская слюни при виде этого. Прошло несколько дней с тех пор, как я позволила ему кончить. Я знаю, что сейчас он легко возбудим, как мне и нравится. Он всегда более покорен, когда давно не получал разрядки.

Я медленно развожу ноги, обнаруживая отсутствие нижнего белья, которое он должен был ожидать, но не ожидал.

С губ Данте срывается невнятный звук. Я вижу, что он горит от желания, но не смеет пошевелиться без разрешения. После многих болезненных наказаний Данте стал лучшим сабмиссивом. Мы оба разбираемся в этом — я в том, как быть доминантной, он — как подчиняться. Но друг с другом это не ощущается как работа, это кажется естественным путешествием.

— Иди сюда, — шепчу я, подзывая татуированного бога изогнутым указательным пальцем.

Данте делает шаг ко мне, но я поднимаю руку. Стоп.

— Так ты приближаешься к своей Королеве? Нет. На колени! — командую я, и Данте мгновенно падает на пол, опуская глаза.

Медленно он ползёт ко мне, дорогие брюки по дорогому ковру — ничего не имеет значения для него, кроме угождения мне. Какое красивое зрелище.

Когда он останавливается на полу передо мной, я хватаю прядь его густых вьющихся тёмных волос и тяну его лицо вверх между своих ног.

Я всегда просыпаюсь возбуждённой, а Данте никогда не выходит из этого состояния. Идеальная пара.

Может, потому что я никогда не могу насытиться им, тем удовольствием, которое он мне приносит.

— Смотри на меня, дорогой. — Команда сочится с моих губ, сладкая, но требовательная.

Голодные глаза Данте сверкают похотью, отчаянием, когда он встречается с моими.

— Чего ты хочешь? Скажи, — шепчу я, удерживая его там, лицом в нескольких дюймах от моей обнажённой киски. Он не смеет смотреть никуда, кроме моих глаз.