Книга Навьи пляски, страница 159 – Ирина Невская, Александр Подольский, Дмитрий Тихонов, и др.

Назар жил бобылём, и его изба была прибрана скромно. Колдун указал, где можно раздеться, сунул полено в печь, источавшую приятное тепло. Пока он наводил чаю, Ива рассказала про беду Софьи и про захоронение не по правилам. Назар слушал внимательно, не перебивал, лишь шумно вздыхал то сочувственно, то удивлённо.

— Ну, девоньки, я, конечно, не дюже какой мастер. – Он поставил дымящиеся кружки перед гостьями, достал варенье и чуть чёрствый пирог с квашеной капустой. – Но даже я знаю, что Ива права. Ежели хоронили не по правилам, да ещё и погиб твой милёнок не той смертью, что судьбой предписана была, то, скорее всего, не может он покой найти. Таких заложными называют, и бороться с ними – задачка непростая. Но есть один верный способ: достать нож церковный, которым всякую нечисть побороть можно.

— Нечисть? – севшим голосом переспросила Софья, а Ива цокнула языком, с укором глядя на Назара.

— А как мы узнаем, своей смертью конюший почил или нет? – она потянулась за пирогом. Назар придвинул его ближе.

— А вот когда нож церковный найдём, так у него самого и спросим.

— Нам же не нужно будет делать всякое… богомерзкое? – осведомилась Софья.

Ива с Назаром рассмеялись, но смех быстро сошёл на нет.

— То, что вы вообще к нам за помощью обратились, Иисуса не очень-то радует, – в глазах Назара мелькнули зеленоватые весёлые искорки. – Вы не замараетесь, не бойтесь. Ну, ежели только сами не захотите.

Софья кивнула и наконец-то пригубила чай.

— Надо в церковь идти. – Ива запихала кусок пирога в рот, отряхнула пальцы и взяла с лавки варежки.

— А вы вот что, Софья Николаевна, отдохните-ка. – Назар достал с печи лоскутное тёплое одеяло. – Ночь долгая, вы наверняка умаялись. Ко мне мало кто прийти просто так решится, но на двери затвор есть на всякий случай, да свечей много не жгите.

Глаза Софьи обежали горницу, остановились на Иве.

— Назар дело говорит, – та сделала шаг к барыньке, присела, потянулась было в желании взять ту за руки, утешить, но одёрнула себя. – Оставайтесь, хорошо всё будет.

Она встала, ободряюще улыбнулась и повернулась к Назару.

— Пойдём?

Тот кивнул, надел тулуп, шапку, и через несколько секунд они шагнули в сухой и иссиня-чёрный мороз.

— Ты не сказал, что можно якорь найти. – Ива едва поспевала за долговязым Назаром. – Его что-то на этом свете держит, надо просто узнать, что и…

— Нечего с нечистью разговоры вести, от них беды одни, – отрезал колдун и ускорил шаг. Теперь Иве порой приходилось бежать, чтобы быть с ним наравне. – Не приводит это ни к чему, ты и сама знаешь.

— Ну, с водницами вот можно договориться, они цацки бабьи о-на как любят, – пожала плечами Ива. – А то, что ты с болотником не смог…

Назар шикнул, будто кто-то мог их услышать, и кинул на подругу уничтожающий взгляд. Та замолчала. Родились они с Назаром в одной деревне – Дубравино. Она знала его всю свою жизнь, Назар – на десять лет меньше. Он был пастухом, которого учили, как общаться с лесными навьими, она – любопытной девчонкой, которая сама вела единственную бабушкину корову в стадо. Ива до сих пор помнила, как сначала бабушка продала одну корову из четырёх, чтобы вылечить внучку от лихорадки. Затем вторую. Потом сил начало хватать только на одну корову, но вот с ней бабушка зареклась прощаться. «Нет хуже мужика без коня и бабы без скота», – каждое утро говорила она, намывая последнюю кормилицу. Затем давала Иве палку и наказывала вести на выпас. А вот у пастухов были свои премудрости: как коров от лесовиков уберечь, как им грамотки составить, какие дары принести. И Назар слыл самым смышлёным в этом деле до тех пор, как водяной рыбу угнал, обидевшись на загрязнённую реку. Пытался Назар на правах человека, с силой знающегося, проблему эту решить, по-доброму: поговорить с хозяином реки, чёрного петуха принёс. Только водяной дар не принял. Рыба не вернулась ни в этом году, ни следующем. Люди это крепко запомнили. Стадо Назару больше не доверяли, и через три года он исчез из деревни. Кто-то говорил, что его навьи утащили, с которыми он общего языка не нашёл, кто-то – что не вытерпел он позора и перебрался в другую деревню. Впрочем, так и было. Ива встретила его в Светлогорке несколько лет назад, когда одна из местных баб уговорила её мужа от пьянства заговорить. Столкнулись они с Назаром на торговых рядах, узнали друг друга. Ива была рада знакомому лицу, а вот Назар не очень-то, всё боялся, что растреплет девка про его незавидное прошлое. Но Ива языком болтать не собиралась, да и смысла-то в этом не видела, так что постепенно они сблизились и, наверное, даже сдружились. И сейчас – в ночи, шагая по еле заметной тропке, – Ива чувствовала себя уверенно и безопасно.