Книга Призраки и пулеметы, страница 193 – Александр Бачило, Шимун Врочек, Александр Шакилов, и др.

Она требовала, она просила, и наконец – она умоляла Харкера оградить ее от меня. Я запомнил все, что она говорила дословно. Проклятая память моего рода всегда была крепкой и скорой.

— Я сделала все, как мы договаривались, – говорила мисс Люси, и ее голос звучал как серебряный колокольчик. – Он уже у тебя на крючке. Для чего тебе я? Владислав уже пытался заговорить с Артуром. Если он встретится с Годалмингом, а меня не окажется рядом, не знаю, что может случиться. Артур тяжело переживает смерть отца, и его страдания надрывают мне сердце. Прошу тебя, Джонатан, отправь графа обратно в его замок, подальше от нас.

Говори она так со мною, я обещал бы ей все на свете, лишь бы не звучала в голосе прекрасной мисс Вестенра эта хрустальная слезная нота. Но Харкер ответил ей холодно и сухо.

— Вы выполнили свою работу и получили свое, мисс Вестенра, – проговорил он, – но я еще не получил. Владислав отказался помогать мне даже под угрозой разоблачения и позора. Он больше не считает меня другом. Но вы – другое дело. Вы прекрасны, Люси, вы обворожительны, и, если вам дорога Мина, а не только ваше собственное благосостояние, вы сумеете заставить его уступить мне.

— Как? – я услышал, как Люси, шурша юбками, принялась бродить по комнате.

— Встретьтесь с ним, убедите, что по-прежнему увлечены им, но трагедия Артура и его страдания не позволяют вам оставить жениха сейчас, в дни горя и скорби. Однако когда Артур оправится от своей потери, вы оставите его ради… любимого, – Харкер хмыкнул, облачко дыма из его трубки вытянулось струйкой, выскользнув в открытое окно. – Расскажите, как хотелось бы вам, чтобы Владислав занял место в свете и как страшен, как губителен будет скандал для вас, для него, для его чудесных сестер и вашего общего будущего. Не мне учить вас, Люси. Не я прибрал к рукам самых блестящих аристократов Лондона.

Джонатан засмеялся. И этот сухой и жестокий смех до сих пор звучит у меня в ушах.

— Сделай это ради Мины, Люси, – добавил он едва слышно. Но мисс Вестенра уже вышла, в раздражении захлопнув за собой дверь.

Я не шевельнулся, даже когда ее карета с грохотом рванула с места. Осознание того, что двое людей, которым я доверился так беспечно, использовали меня для достижения своих целей и желали использовать вновь, было мучительным. Первым моим порывом было бежать из Лондона. Бежать в Карфакс, а после – первым же паромом, дирижаблем, судном – до Буковины, домой, в Карпаты, туда, где ничто не угрожает ни моей чести, ни сердцу.

Я спустился и бросился почти бегом по улицам, вновь и вновь прокручивая в мыслях услышанный диалог, словно проворачивая нож в глубокой ране, нанесенной мне прекрасной мисс Вестенра и Джонатаном Харкером.

По пути я заглянул в один из клубов, куда по протекции некоторых друзей Джонатана был недавно принят. И там выпил достаточно, чтобы глаза начали сами собой смыкаться, а мысли, и без того спутанные, смешались окончательно.

— Повезло Холмвуду, – два джентльмена, переговаривавшиеся за моей спиной, говорили достаточно громко, чтобы я услышал знакомое имя и прислушался. В голове шумело от вина, гнева и презрения к себе, но я все же откинулся на спинку кресла, чтобы дослушать заинтересовавший меня разговор.

— Артур думал, папаша еще лет десять – пятнадцать протянет. Крепкий был старик. А наша мисс Люси десять лет ждать бы не стала.