Книга Мир фантастики 2010. Фактор города, страница 44 – Андрей Буторин, Денис Чекалов, Валерия Малахова, и др.

Я кивнул.

— Впрочем, это наша история, не ваша. Так что вы хотели спросить?

— По информации Бюро ценза, ваш род – один из старейших на Танатосе. Это правда?

— В общем, да. Мы и Фусты прибыли сюда на «Эскоре», когда планета еще не была обустроена, – заметив мое непонимание, Тамир пояснил: – Это из ранней истории колонизации; на Земле тогда было неспокойно, и многие кидались в омут головой, ища стабильности. Средний транспорт «Эскор» – детище смутного времени, когда один корабль из трех не долетал до цели. Собственно, это и произошло. На середине пути – местом назначения было облако Оорта – один из маршевых двигателей отказал, и триста колонистов, включая моего прадеда, неделю ждали помощи с Земли. Семнадцать человек погибли, остальных спасатели высадили на Танатос, в защитных скафандрах. Некоторые скафандры оказалось неисправными… как и всегда. Но жизнь под куполом, если вы понимаете, лучше кассетных бомбежек. Я ни в коем случае не осуждаю армию: в конце концов, они делали свое дело. Зато через тридцать лет планету было не узнать.

— А что случилось с кораблем?

— Рассыпался, полагаю, – бросил Тамир равнодушно. – Там все держалось на клееной бумаге. Фигурально выражаясь, естественно.

Я почесал голову.

— А вейбин?

— Что вы, Надзирающие прибыли сюда позже, после возведения личинками зданий. Да и вряд ли он мог бы занять здесь должность, с подобной фамилией. Прикрыться именем предка, и все такое…

— Полагаю, вы связаны с «Инжекто»?

— Это вам Фуст про меня наговорил? – Закье холодно улыбнулся. – Да, некоторые действительно считают, что мы все здесь заодно. Руссояпонцы, я имею в виду. На самом деле перед вами – обычный кабинетный ум. Я этимолог, изучаю словообразование. Еще у меня есть кое-какая собственность. Вчера доставили томик Фусумеру. Вы представляете себе, что такое настоящая бумажная книга?

— Честно говоря, не очень.

— Ему больше двухсот лет. Поверьте, это ни на что не похоже. Этот запах, эти страницы… ни с чем не сравнимое ощущение. Мне редко удается выйти из дома; но порой мне кажется, оно этого стоит.

— То есть с сэнем Алериком у вас нет никаких отношений? – Я решил переменить тему.

— Абсолютно. Вряд ли смогу вам насчет него рассказать. Я книжный червь, общаюсь с мертвыми, если так можно выразиться.

— Потому что это проще, чем с живыми?

— Мистер Бергман, языки, как и культуры, не умирают, – хозяин поднял палец. – Они просто принимают другую форму.

— Что ж, вы мне очень помогли. Рад видеть, что дела вашей семьи процветают.

Тамир опустил глаза. Его голос сделался глухим:

— Семья – слишком громко сказано. Вы видите меч, но его некому будет передать. У нас это даже так называют – «Проклятие первых поселенцев». Вроде бы какой-то псих на отлете предсказал, что ни одна из семей не доживет до пятого колена. На четвертом все пресечется, как это правильнее… эсин сюнхуань.

— И вы в это верите?

— Обычный псевдонаучный бред, – Закье помотал головой. – Но многие принимают всерьез. Не механисты, конечно. И не власти. Что ж, вы интересный человек, господин Бергман, и в другое время я бы, пожалуй, охотно с вами пообщался. Сейчас прошу извинить, меня ждет Фусумеру.

Я поклонился. Затем спохватился:

— Выразите мое почтение супруге.

— Простите? – Самурай остановился.