Онлайн книга «Золотые корабли»
|
Каждый призыв к богине подхватывали сотнями голосов окружавшие жертвенник сурьи. В обширной долине среди холмов их собралось великое множество, и прибывали все новые. Мужчины и женщины, юные и зрелые, красочно одетые и богато снаряженные – все они были всадники, все воины. Взгляд стоящего в первых рядах Аоранга то и дело останавливался на женщине, проводящей обряд. Тогда, в сумраке, в темных водах потопа он толком ее не рассмотрел, зато теперь любовался и изумлялся. Какая гордая осанка, какая легкость и сила в каждом движении! Стройный стан, усыпанная веснушками кожа, необыкновенные темно-синие глаза. Где-то Аоранг уже видел подобные глаза… И какая сила духа! Совсем недавно эта женщина перенесла ужаснейшие бедствия, едва не погибла, потеряла близких… И вот она уже, убранная, сияющая, возносит благодарственные молитвы, и целое войско смотрит на нее с восхищением. Голову женщины венчала тяжелая золотая тиара с изображением дерущихся львов. Шесть огненных кос, перевитых лентами, украшенных золотыми подвесками, спускались до колен. Золото – на груди, на шее, на поясе и запястьях – вспыхивало и звенело при каждом движении. Только одна знакомая Аорангу девушка так же легко носила на себе столько золотых украшений, как будто родилась в них. И она тоже была царевной… Мохнач перевел взгляд вправо, где среди нескольких великолепно разодетых воинов стоял владыка здешних земель, по приказу которого и проводился обряд. Молодой князь, супруг той самой женщины, что славила сейчас Сурью Дару. Правителя сурьев звали Тилла. Аорангу это имя ничего не говорило. Раньше мохнач о нем не слыхал. Князь был хорош, под стать жене. Высокий, рыжеволосый, стройный и жилистый, словно свитый из медных прутьев. В худом с виду теле угадывалась огромная сила, кожа была сплошь разрисована наколотыми зверями. Из-за ворота выглядывала оскаленная пасть льва – чтобы даровать хозяину ярость хищника; на левой руке виднелась рыба – чтобы плавать без устали… Посередине покрытого веснушками лба голубело солнечное колесо с загнутыми лучами… Узкое лицо с резкими чертами, темно-синие глаза. Снова эти знакомые глаза… Царевна сурьев поднесла супругу чашу с белесой жидкостью. Тот принял ее с ответным поклоном, коснулся напитка кончиками пальцев, повернулся к золотому идолу и принялся мазать ему губы. — О Сурья Дара! Взгляни на нас, прими нашу жертву! Где-то поблизости пахло вареным мясом. Аоранг втянул ноздрями запах, покосился влево. Там неподалеку в освященном котле старухи-жрицы варили жертвенное мясо. Чье именно, Аоранг знать не желал – он все равно не собирался его есть. Его и так коробило от происходящего на его глазах кощунства. Мохнач не считал себя нетерпимым – долгие странствия научили его уважать чужих богов, пусть даже ложных. Однако то, что он наблюдал сейчас, вызывало в нем глубокую неприязнь. «Прочие дикари всего лишь заблуждаются, – думал он. – Что понятно и простительно… Но это – просто издевательство над Исвархой! Что еще за дочь ему придумали сурьи?» — Благодарим тебя, о Судья Дара, исправляющая пути тех, кто плутает во тьме! Голос князя был красив и звучен, но древний язык арьев звучал в его устах так же искаженно, как и сам обряд поклонения Солнцу в этой земле. Закончив кормить идола, Тилла повернулся и сам сделал глоток из чаши. Затем оглядел толпу и остановил взгляд на Аоранге: |