Онлайн книга «Тень с Севера»
|
«Будто всю кожу сняли… Чтоб всем моим врагам после смерти навек в баню попасть!» Нойда уже не раз изругал себя за то, что повелся на подколки, согласился принять вызов и попариться. Вышло развлечение всей деревне. Мужики бились об заклад, насколько быстро лопарь выскочит наружу. А Морока все подбавлял и подбавлял жару: «Для тебя же, колдун, стараюсь!» У нойды голова быстро пошла кругом. Горячий пар пропитывал тело, душил, выпивал силы… Теперь саами казалось, что он сам, по своей воле, лишил себя защиты и открылся всем недобрым духам. Под конец Морока затащил его на полок, да еще и веничком прошелся. После чего вытащил почти беспамятного лопаря окунаться в речке. Оттуда сомлевшего нойду вынимали в шесть рук. Он лишь попросил уложить его под дерево в тенек. Там и отлеживался почти весь день, напитываясь земной силой взамен той, что забрала баня. Потом оделся и вновь пошел на реку. И теперь, на закате, чувствовал себя почти живым человеком… Но все еще никуда не годным чародеем. Нойда сел и огляделся. Вокруг тихо шумела березовая рощица на пригорке – березы всегда успокаивали его, помогали вернуться в ровное расположение духа. Склон плавно спускался к неширокой извилистой речке Висшоре. Слева в отдалении виднелись деревенские избы, ближе к воде выстроились приземистые баньки с поросшими травой крышами и серые лодочные сараи. На реке маячили плоскодонки рыбаков. С мостков, где стирали местные бабы, неслись вопли и визгливая ругань. Нойда узнал голос жены пастуха и утомленно отвел глаза. Уйти бы в лес и не видеть людей – долго-долго! «Все равно я теперь, похоже, несколько дней не смогу камлать…» За бубен даже браться было страшно. А при одной мысли о шаманском поясе по коже начинали бегать противные мурашки. Немного подумав, нойда открыл кожаный кошель с малыми сейдами. Расстелил на земле особый кожаный лоскут и высыпал на него пригоршню камешков. Гладкие окатыши со Змеева моря: побольше и поменьше, серые, черные, синеватые, с красными прожилками, мутно-белые… — Может, вы мне что скажете? Собрал снова все окатыши в горсть, встряхнул, прикрыл глаза. — О атче Каврай, выправляющий пути… Не глядя, разложил малые сейды на три равные кучки: прошлое, настоящее, будущее. Опустил взгляд – и невольно рассмеялся. — Не бывает так! Что за шутки! Все три кучки были совершенно одинаковыми. — Ну и что это означает? Нойда задумался. Усмешка постепенно сползла с его губ. Он, кажется, понял. «Для кого прошлое, нынешнее и грядущее едино? Для кого времени уже нет. Для мертвых… И для богов». В подозрительную историю с двумя коровами, медведем и чародеем в ельнике замешаны мертвые… или боги? Ну а что в ельнике сидел чародей, нойда даже не сомневался. Ругань и вопли на реке наконец затихли. Только тишина стояла недолго. Из рыбацкой лодки полилась звонкая трель дудочки. «Опять Морока, – рассеянно подумал нойда. – Что это он не со стадом, а на реке бездельничает?» Зевнул, потянулся, ссыпал камни в сумку… И застыл с кошелем в руках. Веселое пение дудочки вызвало у саами какую-то смутную тревогу. Откуда, почему? «Проклятая баня, совсем ослепли из-за нее очи души! Скорее бы отпустило…» С реки снова раздались крики. Нойда поморщился было – но потом вскинулся, забыв о гадании. Крики были полны ужаса. |