Книга Игла из серебра, страница 72 – Яна Лехчина

Да и в конце концов Ольжана, хотя постоянно находилась у Йовара под носом, связалась с госпожой Кажимерой – а потом сбежала из Чернолесья, и её даже не сразу хватились.

Она сплела пальцы в замок. Нет, она явно не так плоха и проста, как обычно о себе думает… Но с другой стороны: где Йовар, уверенный, что страха перед ним достаточно, чтобы держать всех в узде, – а где проницательный Лале, который столько лет ото всех скрывался? Наверняка у него намётанный глаз, и он сразу предположит, что она что-то утаивает…

Ольжана сжала кулаки. Жавора бы его побрал!

Она сорвала ближайшую травинку и пощекотала её кончиком в ноздре.

Шумно чихнула.

Сделала так ещё раз.

Много ли можно прочитать по лицу, если оно – перекошенное, со слезящимися глазами?

Ольжана выбралась из зарослей и вернулась к костру, натирая зудящий нос. К счастью, Лале остался там: ждал её, заложив страницу пальцем.

— Зачихалась, – оповестила Ольжана печально. – Может, вы меня заразили.

(Хоть бы оказалось, что он не видел ворона, хоть бы, хоть бы…)

Лале задумчиво погладил переносицу.

— Я старался быть осторожным, – сказал он. – Но мы всё равно путешествуем вместе, так что…

Ольжана пожала плечами.

— Да ладно. – Поправила платок на плечах. – Я крепкая. Если чудовище не убило, простуда и подавно не справится.

Лале ничего не ответил. Сухо полюбопытствовал:

— Продолжим?

Ольжана глянула на книгу на его коленях. Вызвала у себя зевок и попыталась подавить его, не размыкая губ, – а когда не получилось, прикрыла рот ладонью. Но вслух сказала:

— Конечно.

Вид у Лале – точно она котёнка пнула. В мгновение ока промелькнули изумление, недоверие и… обида?

— А впрочем, лучше в другой раз. – Он прочистил горло. Невесело усмехнулся: – Раньше вы так явно не показывали, что вам скучно.

Ольжана поняла: надо быстрее заканчивать разговор, чтобы остаться наедине с собой, – а иначе лопнет от переизбытка чувств.

— Ну раньше я была влюблена в вас по уши. – Она встала. Добавила: – Простите. Наверное, я просто отупела с того времени. Лучше правда отложить.

— Не извиняйтесь. – Лале отложил книгу. – То, что вы вообще меня слушаете, – удивительно.

Но его очевидно зацепило. «Не один ты догадываешься, что у меня на душе, – подумала Ольжана не без злорадства. – Я тоже кое-что смыслю».

Только вот… Стоит ли сейчас хорохориться? Что, если потом случатся страшные вещи, – и Ольжане придётся умолять Лале не причинять Юргену вред?

Ольжана помедлила. Глубоко и мерно подышала.

Не следует портить и без того натянутые отношения. Это невыгодно.

— Лале. – Она шагнула к нему. – Правда, простите. Не знаю, что на меня нашло. Это низко – использовать такие колкости. Надо либо совсем молчать, либо вести себя достойно.

— Да бросьте. – Лале посмотрел на потрескивающий костёр. – Делайте как вам угодно.

А вот теперь Ольжана почувствовала себя негодяйкой. Пришлось напомнить себе, кто из них убийца.

— Иногда мне действительно хочется вам нагрубить, – призналась она. – Но сами поймите. Вы не представляете, как вы мне нравились. Я не уверена, что до конца смирилась со всеми… изменениями.

Лале кивнул.

— Я понимаю. Не оправдывайтесь. – Указал взглядом на кибитку. – Идите отдыхать.

С удовольствием бы, но… Казалось, беседа не окончена. Напряжение подрагивало в воздухе, как упругая тетива.