Онлайн книга «Ты ворвалась в мою жизнь непрошено… Всё, возможно, будет не так, уж, и плохо!»
|
Надо бы найти Серёгу. Он ничего о нём не слышал уже пять лет, со смерти мамы, а не видел и того больше, даже не помнил сколько. А забавно получится, если это тот самый Сергей, которого знала и любила Анастасия Голубкина, которую он себе в жёны прочит. Вполне в его духе представиться девушке под фамилией матери, а не отца, который бросил семью, как только сын подрос, и который не простил его, даже когда сам уже стал взрослым мужчиной, а не четырнадцатилетним подростком в переходном возрасте… Вот потому-то она и не могла его найти. Но он-то знает о Серёжке гораздо больше! Жаль, что тётя Полина второй раз вышла замуж за иностранца и уехала аж в Финляндию. Уж она-то точно знает всё о любимом сыне. Ну, ничего! Будем надеяться, что и отец его, Дмитрий Анатольевич, не потерял его из виду. Из того, что знал Антон, он не оставлял попыток помириться со старшим сыном, не смотря на наличие ещё двух пацанов в своей новой семье, что ещё больше бесило Серёгу. С него-то мы и начнём, – решил Антон Владимирович. 5 Начало следующего дня для Антона Владимировича прошло в рабочей суете. Пауза образовалась ближе к обеду, и он только протянул руку к телефону, чтобы через секретаря вызвать Голубкину к себе в кабинет (он решил пригласить её на обед и пообщаться в неформальной обстановке), как телефон зазвонил, и Мариночка спросила: — К Вам на приём хочет попасть Анастасия Голубкина из бухгалтерии. — Пусть заходит. «Интересно: передумала или что-то вспомнила?», – подумал Антон. Настя постучала в дверь буквально через пять минут и робко зашла в кабинет. По тому, какой отчаянной надеждой светились её голубые глаза, Антон Владимирович понял, что не передумала, а наоборот, боится, что он откажется от их сделки. — Вспомнила что-то существенное о Сергее? — Да. Вы упомянули о Смоленске, и я вспомнила, что Серёжа тоже о нём говорил. И ещё я принесла наши с ним фотографии. Вот он – момент истины, понял Антон Владимирович и с волнением взял из рук Насти фотокарточки. Он не видел Сергея около десяти лет, но на снимках это был, безусловно, он. Возмужавший, как всегда, самоуверенный, улыбающийся и, несомненно – счастливый. Антон положил снимки в карман и сказал, вставая с кресла: — Пойдём, пообедаем и поговорим. — Ой, а у нас уже обеденный перерыв закончился… Антон нажал кнопку на своём телефоне и по громкой связи раздался голос главбуха: — Да, Антон Владимирович. — Я у Вас Голубкину на часик забираю. — Поняла, Антон Владимирович. — Всё? Или ещё есть какие-то проблемы? – спросил Антон Владимирович у Насти. — Мне надо свой плащ захватить, – ответила она, зная, что директор никогда не обедает в фабричной столовой. И хорошо: так не понятно, куда они уехали вместе (мало ли по каким делам), а о совместном обеде в общей столовой через час будет знать вся фабрика. Сплетен не оберёшься. А ещё ведь неизвестно, как потом сложится их сделка… — Я на машине. Ты всегда задаёшь так много вопросов? Пока они ехали в ресторан, где обычно обедал Антон Владимирович, Настя думала о том, что, не слишком ли много она наобещала? Выдержит ли она ту безоговорочную покорность, которую он, видимо, потребует от неё? Стоит ли информация о Сергее таких жертв? Эти же вопросы мучили её всю ночь. Она периодически уплывала в неглубокий сон, а потом просыпалась с той же мыслью, с тем же вопросом, который мучил её перед этим. Но она прекрасно себя знала. Будучи Рыбами по гороскопу, она могла долго метаться между двумя вариантами, но, если уж одна рыбка попадала в поток и начинала тянуть сопротивляющуюся другую, тут трепыхаться было бесполезно. Папа всегда говорил о ней в такой период: «Вижу цель – не вижу препятствий!» Ну, не сможет она успокоиться и нормально жить дальше, пока не узнает о судьбе Сергея всё до конца. Сашеньку в обиду она никогда не даст, а о своей судьбе подумает позже. Эх, может быть, если бы вспомнила о том, что Серёжа упоминал о Смоленске раньше, и не зациклилась на Москве, может уже давно бы его нашла. Хотя… Блин, опять рвущие душу сомнения… Ведь приняла уже решение, вот и следуй ему! И Настя успокоилась. |