Книга Сегодня, а ещё лучше – вчера! Свадебный хоровод Созвездий, страница 46 – Ирма Гринёва

На удивление родителей, во время праздничного обеда в честь гостя, Палома не капризничала, тарелки не кидала, едой не плевалась. Внимательно и как-то очень по-взрослому смотрела на диковинного принца, так не похожего ни на одного человека, виденного до сих пор. А когда малышке надоело сидеть за столом, она слезла со стула, подошла к гостю и, решительно взяв его за руку, увела из залы. Кайонэ не сопротивлялся ни когда его выдернули из беседы со взрослыми, ни когда заставили играть в кубики в детской. Три дня Палома развлекалась с новой «игрушкой», и только потом, когда интерес к принцу потеряла, он уехал.

Так рассказывала мама. Но Палома ничего этого не помнила, а потому этой первой встречи с принцем Кайонэ для неё как бы и не было. А вот себя в 5 лет она прекрасно помнила. Она тогда впервые осознала, что Драконом, как папа, ей не стать никогда. В лучшем случае, она станет, когда вырастит, какой-нибудь птицей, пичужкой. Каким-нибудь некрасивым, сереньким, вечно побирающимся и гадящим на головы людей Голубем. Палома до сих пор помнила ту боль, которую она испытала, когда впервые эта ужасная мысль, осознание неизбежности катастрофы, вопиющую несправедливость мироздания, дошла не только до её ума, но и кольнула в сердце. (Палома росла развитым не по годам ребёнком, и точно помнила, что уже в 5 лет мыслила глобальными категориями).

В этот кризис родители тоже вели себя с Паломой по-разному. Мама пыталась объясниться с дочкой, поговорить, что-то рассказать, но та ничего не слышала, не воспринимала. Папа не считал нужным вступать ни в какие разговоры. И вообще злился, что на его исключительность кто-то смеет покушаться, пусть и родная дочь, а потому её вопли и стенания заканчивались стояниями в углу. И, кажется, не было в замке ни одного угла, в котором Палома не отстояла хотя бы одну «смену». На управляемость дочери не влияли методы ни одного из родителей. Она грубила обоим и во время истерик кричала, что это они во всём виноваты – надо было думать, прежде чем заводить ребёнка, под каким созвездием он родится. Нельзя что ли было потерпеть с её рождением до Стрельца, Кентавра или, на крайний случай, Орла?!?

Каким ветром в это время занесло в Серпентию принца Кайонэ, Палома не знала, но он появился. И буквально одним словом исправил ситуацию. Он спросил Палому – а знает ли она, что голубь тоже хищник? И даже покруче орла! Орёл живёт, рассчитывая на свою силу и ловкость, а вот голубю необходим ум и хитрость, чтобы выжить (камешек в сторону папы-дракона). И с чего она решила, что голуби бывают только скучно-серые? А как же пёстрые голуби? Их насчитывается более пятидесяти видов, и каждый из них может поспорить яркостью своей окраски даже с самым красивым драконом! (кивок на папу-дракона) А самый редкий гривистый голубь, живущий на необитаемых островах? У него на шее длинные заостренные радужной окраски перья, образующие ожерелье наподобие накидки. А веероносный венценосный голубь³? Вслушайся, как звучит: вен-це-нос-ный! А ещё есть голубь-монарх, голубь-монах, кинг, саксонский священник! Да что там говорить! Чтобы осознать красоту голубей, достаточно один раз увидеть белого павлиньего голубя, своей чистотой и непорочностью соперничающего с невестой на свадьбе! (не тогда ли в голове Паломы зародилась мысль о замужестве с принцем Кайонэ?)