Книга Запомни меня такой… А это зависит от того… И этим всё сказано. Пришвартоваться в тихой гавани, страница 37 – Ирма Гринёва

Бравая команда Френсиса редко встречала такое отчаянное сопротивление. Френсис никогда не полагался на удачу, если только в самом начале своего пиратского пути. Именно его изворотливый, как попугай старого Флинта, ум и фарт джентльмена на золотом дублоне⁸, быстро вывели и утвердили его главарём команды джентльменов удачи⁹.

Как бы ни были начеку команды торговых и пассажирских судов, в нападении пиратов всегда присутствовал элемент неожиданности. К этому очевидному плюсу Френсис добавлял разведку и тщательную подготовку, никогда не лез к тем, кто однозначно был ему не по зубам, что неизменно приводило к успеху. Успех обрастал легендами. Даже его имя – Френсис, работало на удачу. Имя, которое он ненавидел в детстве, считая его девчачьим. Имя, которым он запрещал себя называть (благо, что было ещё несколько имён – было из чего выбрать), и именно поэтому выбранное им, когда он решительно порвал со своей семьёй, своим прошлым, начав жизнь с чистого листа. Имя так счастливо совпало с именем его знаменитого предшественника – Френсиса Дрейка¹⁰, что в глазах обывателей он превратился в его воплощение. Воплощение – такое же дерзкое и удачливое.

Только не такое жестокое и свирепое. В отличие от Френсиса Дрейка, который безжалостно грабил и убивал испанцев, и в тоже самое время считался национальным героем в Англии, благодаря своим великим географическим открытиям, совершённым во время кругосветных путешествий, и знакомству и распространению картофеля¹¹ в Европе, наш Френсис крутился со своей командой между Англией, Испанией и Францией и грабил всех одинаково, «по справедливости». Ничьим национальным героем он не был, но снискал славу и уважение, можно даже сказать, поклонение среди простого населения прибрежных районов всех трёх стран. Этому немало способствовало то, что головорезы Френсиса свято блюли свой собственный моральный кодекс: если команда судна не оказывала сопротивления, то пираты забирали добычу, не устраивая кровопролития. Они никогда не занимались насилием девушек и женщин. Подобное в команде Френсиса каралось показательной казнью через удушение, что для вольного пирата было ещё и унизительно. Френсис, в отличие от своего знаменитого тёзки, никогда не занимался работорговлью. Он брал иногда заложников, предпочитая называть пленников своими гостями, и то только тогда, когда был уверен, что за гостя может получить солидный выкуп. Если же сведения оказывались ложными, и он ничего не получал, то и тогда жизни заложника ничего не угрожало. У пленника был выбор: остаться в команде Френсиса или отправиться восвояси самостоятельно…

Углядев в сегодняшнем сражении меткого стрелка, Френсис решил взять его в плен, будучи уверен в выгоде сразу по нескольким статьям: огонь вёлся из каюты на верхней, самой дорогой, палубе, а, значит, перед ними противник благородного происхождения, за которого можно будет получить немалый выкуп; гостеприимство пиратов гость может отработать обучением меткой стрельбе из пистолета (пройдохи Френсиса владели огнестрельным оружием, но больше палили для острастки куда непопадя, в бою предпочитая сабли, ножи и крепкие кулаки); да и арсенал пистолетов не плохо было бы пополнить новыми моделями, а судя по звукам выстрелов, у противника было их несколько, и парочку из них Френсис слышал впервые.