Книга «Волково поле», страница 144 – Александр Чигаев

— Барин, вы сами поезжайте домой, а у меня тут дело еще есть. Мы с Кошта останемся ненадолго.

Семен и не расспрашивал Акима, на кой ему оставаться тут. Поехал сам домой. Аким знает, что делает. Тут и девчушка появилась, она вышла из большого дома Гагариных, мило улыбнулась и пошла к себе домой. У дома крутился старый дед, видать, сторожем был ночным, Аким его и спросил.

— Мил человек, а что это за девушка, чья она?

— А чо тут думать. Это дочка навой кухарки, кухарка дрянь, грязнуля. Видать барин приглядел для себя дочку ее, та красуня полная. Барская воля, куда тут деться. Мужа-то у Прасковьи нет, вот она и бедствует, а даст ей барин рублик серебряный, так она дочку и приведет к нему на ночку. Вот жена его уедет в Петербург, тут Машку и употребят, куда следует.

Если бы кто-то в имении Волковых так разговорился, Аким бы и сам его высек, не дав это сделать Кошта, но тут порядки они еще не завели свои. А князя Гагарина он и не боялся, за ним стоял Волков.

— А где живет Прасковья эта?

— Так легко найти. А вот и сама Прасковья из дому вышла, вот ее и спрашивайте, а мне на службу пора, темнеет.

— Прасковья, а ну подь сюды, приказал Аким. Ты знаешь кто я и что за человек рядом со мной.

— Теперь уж знаю. Ты управляющий у князя Волкова, нашего нового хозяина, сама слышала, как Гагарин это говорил. А это твой экзекутор, кто ж не знает, как он умеет сечь, мы же не на луне живем, соседи ваши.

— Во, правильно уразумела. Поехали к тебе в дом.

Кошта схватил бабу и тут же посадил ее рядом с собой на коня. Женщина перепугалась до смерти.

— Не боись баба, не лишу я тебя девственности, прорычал Кошта. Так быстрее доедем до твоего дома.

Вскоре они вошли в очень бедную избу. Там кроме Маши, было еще два малых и чумазых мальчишки. Аким тут же перешел к делу. Он обращался к Маше

— А ну, подь сюда деваха. Барин тебя не трогал еще, говори правду быстро.

Та, непонимающе замотала головой.

— Хорошо, что в девках ходишь. Мне подходит.

Теперь ни чего не понимала ее мать. Неужели Аким позарился на ее дочку, она и тут ни чего не могла поделать. Барин понятно, потом и мальчишек поднять будет можно, а за Машей и приданное дадут, любой их мужик с таким приданным с руками ее оторвет для себя, хоть она и не будет уже девицей, да, хоть и беременной, были бы деньги. За беременную больше дадут. А чей бычок мычал, так все равно же телятко свое. А вот после Акима, много денег не получишь, вот чего ей было жалко. А Аким ничего и не объяснял. Он всю девчонку обмерял своей грубой ладонью, даже заставил лапти снять, что бы замерять длину ее ступни. Потом приказал и вовсе снять сарафан.

— Рубаха исподняя под сарафаном у тебя есть?

Опять с испугу, но закивала Маша.

— Скидывай сарафан, а то Кошта сам тебя из него вытряхнет.

Та и сняла сарафан, от греха подальше. Аким ее всю и потрогал, как будто он осматривал борзую. Грудь была хорошо развита, он с удовлетворение крякнул. Потрогал и бедра, оценил ширину таза, развернул девчонку и хлопнул ее по попке.

— Все осмотр окончен. Все на месте, мне подходит.

Тут баба и завыла.

— Не губи родимый, она же девка еще, да и молодая слишком. Всего пятнадцать годков. Потешишься и бросишь, а нам что делать дальше?

— Значит, под Гагарина подложить ее можно, не молодая будет, а вот под меня, так не губи.