Книга Полигон, страница 42 – Елена Грановская

На этот раз из обрывочных сновидений его вырвал резкий мужской голос и частый, громкий стук в боковые стекла. Нехотя просыпаясь, тяжело приводя сознание в норму после сложной, тяжелой ночи, Сезонов поднял голову и, щурясь после несладкого пробуждения, посмотрел в сторону лобового стекла. Перед машиной стоял невысокий и кругленький мужичок под шестьдесят с пепельными волосами и бородой, одетый в тренировочную куртку нараспашку и полосатую футболку, обтягивающую выпирающий живот — вероятно, хозяин одного из гаражных боксов. Дедок с суровым видом обрушивал большой кулак на стекло двери со стороны водителя и, видя дремавшего Сезонова в салоне, указывал ему уехать.

Подполковник медленно сел, потирая шею и разминая руки после неудобной позы во сне, неспешно перебрался на водительское кресло. В голове еще гудело, но боль в плече утихла. Разблокировав автомобиль, Сезонов опустил стекло и, еще не до конца очнувшись, посмотрел на пенсионера.

— Вы кто такой? Вы не из наших, не хозяев. Что здесь делаете? Почему тут находитесь? А-ну, поехал вон!

— Спокойно. Министерство обороны, — пробормотал Сезонов, одной, здоровой, рукой расстегивая внутренний карман куртки, оставленной на переднем пассажирском кресле, вынул удостоверение и в открытом виде развернул корочку кооперативщику.

Тот, наклонившись вперед, внимательно вчитывался в имена и звания, а затем, будто растерявшись, поняв, с кем имеет дело, сделал пару шагов назад и приложил ладонь к козырьку грязно-белой кепки:

— Виноват, товарищ подполковник. Не знал, понятия не имел. Вячеслав Ильич, Федоров, разрешите.

— Очень приятно, Федоров Вячеслав Ильич, — произнес Сезонов, откладывая удостоверение в сторону и оглядываясь. Солнце уже встало, было ясно и почти безоблачно.

— Который час? — подполковник посмотрел на кооперативщика, проводя ладонью по лицу, снимая с глаз оставшуюся дрёму.

— Десятый час, семь минут.

Пенсионер посмотрел на наручные часы, загнув рукав куртки.

— Спасибо. Я… поеду… — Сезонов поднял стекло и повернул ключ зажигания.

— Ага… — кивнул Федоров, отходя в сторону и освобождая дорогу для выезда «нивы».

Машина подполковника медленно свернула на неровную земляную дорогу между гаражами и выехала перед промзоной, сигналя поворотниками на полосе в сторону городского центра. Сезонов был серьезен и сосредоточен. Ему в голову пришла поразительная в своей отчаянной смелости и одновременно безумная в рискованности идея: он должен, ему просто необходимо поехать в военно-следственное управление, найти главного, поймать следователя, который развернул его на подъезде к полигону, и рассказать об увиденном ночью. Пусть посчитают за сумасшедшего. Пусть заподозрят в преступлении. Пусть задержат до выяснения всех необходимых обстоятельств, почему он, московский офицер, оказался у ярославской спецчасти. Пусть делают и говорят что хотят, но важно поделиться увиденным с кем-то из местных высших командиров — хоть бы у них оказались смелость, решимость и малая капля доверия к нему, столичному военнослужащему, чтобы навести справки о действительно происходящих на территории полигона вещах. Быть может всё, что предпринималось Сезоновым ночью, окажется не таким напрасным.

Но сперва надо пусть даже на короткое время отре́зать за собой возможные хвосты и понять, представляешь ли ты реальную опасность для ярославского гарнизона тем, что узнал тайну, неизвестную многим.