Книга В тени королевы, страница 179 – Элизабет Фримантл

Я немедленно бросаюсь к Кэт Астли. Она складывает постельное белье.

— Королева вас не примет, – отрезает она, даже не поднимая на меня глаз.

— Пожалуйста, попросите ее! – молю я, стараясь, чтобы голос звучал не слишком отчаянно, не слишком жалко.

— Послушайте, меня совсем не радует, что ее в таком состоянии отправили в подобное место. Вы все считаете, что у меня каменное сердце, но это не так. Я уже просила королеву вас выслушать – и она ответила «нет». – Теперь Кэт смотрит прямо на меня – и, должно быть, на моем лице отражается немалое изумление, ведь она рискнула навлечь на себя гнев королевы, прося за опальных Греев. – Вот что сказала Елизавета, слово в слово: «Девица из семьи изменников и доказала, что ей нельзя доверять, как и ее отцу. Не проси меня больше, Кэт. Я не стану разговаривать ни с ней, ни с ее сестрой. На том покончим».

— Понимаю, – говорю я, опускаясь на скамью. Только сейчас чувствую, как я измучена и опустошена, как безмерно устала.

— Она уже подобрала жениха для вашей сестры, – говорит Кэт. – Графа Эррана.

Я только качаю головой. Никогда не видела этого человека, ничего о нем не знаю; по имени можно предположить, что он близок к шотландскому престолу. Еще одна карта в колоде королевы. Елизавета любит играть в карты – и всегда выигрывает.

— Королева беседовала со мной наедине о замужестве вашей сестры. Против Хертфорда она ничего не имела и, скорее всего, согласилась бы на него, если бы с Эрраном не вышло. – Выпрямившись, фрейлина поправляет на себе платье, распрямляет закатанные рукава и заключает: – Но теперь уже поздно.

Кэт Астли выходит, и я остаюсь наедине с неразлучниками.

Я открываю их клетку и говорю:

— Летите! Вы свободны.

Мне казалось, эти птички мечтают о свободе. Но неразлучники только смотрят на меня со своей жердочки, склонив головки набок, и не трогаются с места.

День сегодня чудесный: не жарко и не холодно, по сияющему голубому небу скользят белые пушистые облачка. «День для влюбленных», – думаю я; а о том, что впереди высится Белая Башня Тауэра, а по обе стороны от меня маршируют стражники с алебардами, стараюсь не вспоминать. Не знаю, зачем ко мне приставили столько стражи. Я едва могу несколько шагов пройти без передышки: неужто они думают, что попытаюсь бежать? Смотрю, как сгружают с телеги мой багаж, и стараюсь вообразить, что это самая обычная поездка, визит в незнакомый дом к каким-нибудь родственникам. Один стражник возится с моими питомцами; Геркулес пытается забраться к нему на плечо, но стражник, сердито прикрикнув, его отталкивает. Хорошо бы Геркулес его укусил! Эхо, заметив меня, начинает выть, и ее голос проникает мне в самое сердце.

— Тихо, Эхо! – кричу я, стараясь унять дрожь в голосе. – Все хорошо. Скоро мы будем вместе.

С ужасом вижу, что следом за мной сюда привезли и мистрис Сент-Лоу под охраной другого отряда стражи. Ее быстро заводят внутрь, а меня отводят в сторону, от нее подальше; должно быть, мы не должны были видеть друг друга. Бедная мистрис Сент-Лоу! Теперь начинаю понимать, как мое безрассудство, желание урвать себе счастье любой ценой стало камешком, брошенным в пруд, от которого расходятся круги. Если бы я больше думала о Боге, все сложилось бы по-другому!