Онлайн книга «И это пройдет…»
|
Если ей куда и хотелось, так это поскорее выбраться на дачу. Второй год подряд лето жарило нещадно. Уже с последних чисел июня столбик термометра замер на отметке + 32, пластиковые окна, которые казались панацеей от городского шума, превратили квартиры в парнички, в которых нечем было дышать. Воздух стоял намертво. Костя жил на пятом этаже старой хрущевки. Крыша, нагревающаяся в течение дня, прожигала квартиру насквозь. Ни в одной комнате не было кондиционера. Костя не считал нужным его покупать. Пока он жил один, то целыми днями пропадал на работе, а в отпуск ездил к матери в Рыбинск. Его квартира больше напоминала келью монаха: шкаф, письменный стол, стул, кровать. Поля, оказавшись у него первый раз, была поражена: как так можно жить? Но он только пожимал плечами. Сейчас, по настоянию Полины в доме появились кастрюли, электрический чайник и прочая мелочовка, делающая дом комфортнее. Но Костя этого не замечал, он с головой погружался в научные работы, часами вычитывал дипломы, изучал формулы. Поля иногда даже боялась оставлять его одного. Однажды, она поставила вариться яйца для салата и попросила Костю выключить их через 15 минут. Будучи уверенной в том, что оно все сделает, девушка спокойно пошла во двор гулять с дочерью. Когда они вернулись, в квартире стояла жуткая вонь. Вода в кастрюле, где варились злополучные яйца давно выкипела. Скорлупа треснула, вокруг плиты витал синий дым, режущий нос запахом горелого белка. Костя же сидел за кухонным столом, уткнувшись в компьютер. Полина в ужасе бросилась к нему: — Ты что, не чувствуешь запах? — воскликнула она. — О, Поля, вы еще не ушли что ли? — спросил он, не отрывая глаз от работы. — Мы уже вернулись, — гаркнула она не своим голосом, выкидывая яйца в помойное ведро, и тоской глядя на черное дно кастрюли. — Да, ну хорошо, ты не против, что я окно закрыл? Воняет с улицы чем-то мерзким, — произнес он, стуча пальцами по клавиатуре. Полина не знала, смеяться ей или плакать. Такой удивительный, умный, прекрасный мужчина оказался совершенно неприспособленным к жизни. Нет, он умел сделать все своими руками, был педантичен, аккуратен, если за что-то брался, то обязательно доводил до конца, но дождаться, когда у него будет время на домашние дела, было практически невозможно. Он путал носки, постоянно терял перчатки и зонтики. С тех пор, как Полина переехала к нему, она купила ему 4 зонта. Сейчас, собираясь на дачу, она с ужасом думала о том, как оставить его одного. Они договорились с Костей, что она с дочкой эту неделю поживут там, а на следующей поедут в Рыбинск. — Поля, Поля, ты вообще меня слышишь? — спросила Оля. — Да-да, — выныривая из омута своих мыслей, ответила Полина. — Ты поправляйся скорее, а когда Аня приедет, попробуем собраться, я думаю, что Мира тоже подтянется. * * * Длинный бульвар утопал в сиреневой дымке и сладком аромате. Кусты пышно нарядились. Крупные гроздья белых и лиловых цветков склонялись над лавками, осыпая прохожих конфетти из пыльцы. Аня сидела в ожидании Нади. Они должны были пойти на премьеру в театр Северного флота. Там ставили «Грозу». Их преподаватель описывала режиссера образно и ярко, использовала слова: гений, бог, талант. Девушка ожидала, что постановка должна быть эффектной. Ей не терпелось увидеть луч света в темном царстве. |