Книга И это пройдет…, страница 103 – Вера Чистякова

— Нет у меня другой, — натягивая кофту рявкнул он, — я пошел, хорошего лета, — с этими словами он вышел из квартиры, пинком открывая дверь.

Аня осталась стоять, держа в руках пожелтевшие листки. Муж тоже не любил ее страсть к стихам. Она устало опустилась на диван. Плевать, плевать на обоих. Главное, что впереди целое лето!

Кафе на набережной смотрело на реку открытыми окнами, шторы в зеленую клетку, повязанные молочными бантиками, под дыханием ветра взлетали вверх, рвались с крючков, мечтая улететь в открытое голубое небо. Оля сидела за круглым столиком и ждала Аню. Они не виделись почти два года. С того момента, как она переехала в Москву, у нее совершенно не стало времени на школьных подружек. Изредка они переписывались во «ВКонтакте», посылали друг другу смешные картинки и поздравляли с праздниками. Сейчас Оля приехала погостить, и оказалось, что Аня тоже в городе. Они договорились встретиться. Оля посмотрела на тонкие золотые часики, обвивавшие ее запястье. Аня опаздывала на 10 минут. «Никогда она не изменится», — начиная сердиться, подумала девушка. Оля все больше и больше ценила четкость и ответственность. Каждый день у нее был расписан почти поминутно. Она вставала в 6 утра, надевала беговые кроссовки и шла в парк, вернувшись после пробежки, принимала душ, завтракала овсянкой и ехала на пары, после учебы шла на работу: она собирала симпатичную бижутерию, упаковывала милые подарочки и мастерила букеты в агентстве праздников. Вечером у нее было несколько учеников, она готовила школьников к экзаменам по математике и английскому. Закончив с работой часам к 10, она отправлялась на Патриаршие, где встречалась со своим молодым человеком, они уютно проводили вместе вечер, но ночевать Оля у него не оставалась, ведь день должен был начаться ровно в шесть. А парень не разделял ее упорядоченности. Он любил поваляться утром в постели и всячески склонял к этому Олю.

— Привет, — раздалось у девушки за спиной, подруга обняла ее за шею, защекотав волосами и обдав сладким запахом духов.

Оля посмотрела на Аню. Когда-то она напоминала ей большую зефирину, любовь к розовым платьям, оборки, каблуки Оля не разделяла. Сейчас Аня выглядела определенно лучше, на ней был белый с голубыми слонами сарафан, он завязывался на 2 тонких шнурочка, обозначая талию. Волосы поддерживали солнечные очки, аккуратно уложенные они больше не походили на плохо причесанного пуделя. Вились лишь концы. Из старых привычек остались только каблуки. Тонкие шпильки были у Ани любимой обувью.

— Привет, — улыбнулась Оля, — ты не меняешься, опять опоздала.

— Прости, — сделав кукольные глаза, ответила Аня, — я 5 кг вишни начистила, — она подняла ладони, показав красные подушечки пальцев.

— Зачем столько?

— Мама собралась делать варенье, а с косточками нельзя, там эта, как ее, — Аня задумалась, — о, вспомнила! Синильная кислота.

— О, Боже! — качая головой, ответила Оля.

— Как твоя учеба? Как Москва? — с любовью глядя на Олю, спросила Аня.

— О, слушай, в двух словах и не расскажешь. Там столько всего происходит. Я побывала на концерте оперной певицы, сидела на балконе, это было великолепно. С папой в Грецию ездили на майские праздники. По музеям погуляли. На Черепашьем острове были. Я оттуда магнит прикольный привезла. Толстую такую черепаху с яйцом, — Оля мечтательно закатила глаза, на ее загорелой коже играли солнечные блики.