Книга Княгиня Ольга. Истоки, страница 35 – Лада Отрадова

— Сокол ли сейчас перед нами? Или всего лишь необузданный лосось? — повис в прохладном воздухе июньской ночи вопрос и остался без ответа. — Игорь может неплохо сражаться на мечах и метко стрелять из лука, но умения вдохновлять людей и вести их за собой у него нет. Я опасаюсь, что без сильного лидера мы потерпим неудачу в завоеваниях, а наши люди потеряют веру в нас. Даже если полюдье утихомирит дружину, до ноября она будет накаляться и шипеть, словно кипящий котёл. На охоте нас полтора десятка, а что будет, когда эти волнения и устремления поселятся в головах четырёх сотен мужей, ожидающих нас в столице? Почти все они варяги и будут резонно взывать к долгу крови, ведь присягали они на верность новому князю в обмен на рабов и добытую в битвах долю богатств. Под силу ли нам будет остановить их гнев и направить энергию в правильное русло?

— Мы не можем позволить себе растерять соратников и их доверие, — покачал головой дядя Игоря. — Однако гордость молодого князя хрупка, словно глиняный горшок до обжига, и он может воспринять наши слова и советы как оскорбление. За несколько месяцев сын Рюрика не станет тем лидером, который нужен дружине, раз не стал им за годы. Позволить на самом деле вести дела мне, а самому номинально отдавать приказы он тоже откажется.

— Раз у нас нет времени на то, чтобы найти скрытый талант полководца в князе и взрастить его от оставленного отцом семени, то… — Бранимир делает паузу и вздыхает. — Нам нужно как-то выиграть это время и отвлечь внимание дружины на что-то другое. Вот только на что?

Вещий Олег чешет припорошенную снегом седины бороду и всматривается в огни костров и факелов во дворе дома приютившего дружину торговца.

— Есть у меня одна мысль, — молвит воевода и замолкает, не решаясь пока прямо озвучить давно терзавшую его идею.

* * * * *

— Мне нужно увидеть князя, — сбившись со счёта, Ольга в который раз повторяет эту фразу и обращается к стоящему у дубовых дверей бритоголовому дружиннику, но лицо его — каменная маска.

— Мне… — она делает вдох полной грудью и говорит ещё громче и отчётливее, акцентируя каждое слово, — …нужно. Увидеть. Князя.

Ари, несмотря на все мольбы и увещевания, молчит и лишь непреклонно мотает головой в знак несогласия. Подумать только, её не впускают в собственный дом, где она родилась и выросла!

События после истории с княжеским перстнем развивались стремительно. Эгиля с семьёй настойчиво попросили переждать эту ночь в хлеву, дружина разместилась на заднем дворе и в сенях, в то время как властителю киевского престола для ночлега была отдана сама жилая часть избы. Обсуждать что-либо Игорь отказался, прошипев, что с первыми петухами душа Славки отойдёт в мир иной, однако вручил ей дорогое украшение и пообещал достойно наградить за спасение своей жизни.

С тяжёлым сердцем и полным тревоги разумом девица нервно принялась наматывать круги перед дружинником, пытаясь привести свои чувства и мысли в порядок.

В конце концов, она спасла Игорю жизнь. Рискнула всем, чтобы защитить его в самый трудный момент. Пошла на неслыханное и позволила обыскать себя, лишь бы грозный Олег не заподозрил её в том, что руку к воровству приложила и дочь хозяев, давших крышу над головой гостям из столицы.

— Мне нужно увидеть князя, — задрожал голос варяжки, а сама она встрепенулась голубкой, когда со двора в сенях появилась тёмная широкоплечая фигура. На левом плече её сидел крупный ворон.