Книга Княгиня Ольга. Истоки, страница 170 – Лада Отрадова

Сундук оказался открыт, но, к своему разочарованию, он обнаружил внутри лишь аккуратно разложенные документы и несколько золотых монет. Разочарование нарастало в нём, выливаясь в необдуманные поступки.

Переполненный яростью и разочарованием, мужчина с размаху ударил рукой по полкам, отчего зелья посыпались на пол. Помещение наполнил тошнотворный запах из перемешавшихся микстур, отваров и бальзамов, а новгородец продолжил превращать когда-то полную порядка лавку в обитель хаоса. Кувшины были разбиты, травы разбросаны по полу, мебель опрокинута.

На мгновение он обернулся и пристально посмотрел вперёд, обратив внимание на шорох за дверью в кладовую — но не придал тому большого значения, особенно с учётом того, что под его ногами… что-то блеснуло.

— Нашёл, — расплылся он в улыбке до ушей, подняв с пола лежавший в одной из коробочек отлитый из серебра палец и внимательно рассматривая его в рассеянном дневном свете. — За него мне дадут больше, чем за все прошлые дела вместе взятые!

Как только обрадованный мужчина выскочил из разгромленной лавки, своё убежище покинули и Ольга со Щукой. Девушка, вдохнув полный пыли и частичек высушенных трав воздух, быстро схватила лежащее на полу полотенце и намотала его на шею, закрывая горло: пусть она не во всём была хороша, но зато быстро училась на совершённых ошибках.

— Нам нужно во что бы то ни стало догнать того человека и допросить, — Ольга открыла клетку, выпуская на свободу несчастную крысу, и вместе со Щукой выбежала на улицу. — Было что-то… за что следует зацепиться взгляду?

— Жёлтый кушак считается?

Конюх воеводы схватил спутницу, засмотревшуюся на оконченевшего хозяина лавки с оберегами и лекарствами, за руку и показал пальцем на нырнувшего в переулок обладателя яркого матерчатого пояса.

* * * * *

В дверь особняка настойчиво постучали, затем — ещё раз. Хозяйка дома не ожидала чьего-либо визита, поэтому гость был незваным, а тех, кто приходил без приглашения, жена главы торгового братства не любила ещё со времён службы в столичном дворце.

На всякий случай спрятав в длинном рукаве сарафана острый кухонный нож, Милица отворила дверь… и увидела напротив никого иного, как Ари.

— Пошто явился?! — недоверчиво прищурилась девушка, в глубине души удивлённая личностью гостя, отчего её глаза стали и вовсе парой узких щёлок. — Чего надобно тебе?

— С Вепрем переговорить, — дружинник в противоположность своей собеседнице не смел смотреть ей в глаза и опустил взгляд куда-то на порог.

— Нет его дома, отлучился по делам — на склады прибыла новая партия воска. А что стряслось?

* * * * *

— Раз не хочешь говорить нам подобру-поздорову — придётся наполнить твой молчаливый рот ещё раз, — одноглазый мужчина кивнул своим подельникам, и те поднесли к связанному дебелому купцу корыто, полное желудей. — Назвался Вепрем — так получи свою трапезу. Ну?!

Торговец отчаянно замотал головой, пытаясь всеми силами отвернуть её от собравшихся вокруг наёмников, но те бесцеремонно схватили его за заплывшее жиром лицо, разжали челюсти и принялись проталкивать между губами пригоршню плодов дуба.

— Ну же! Либо говоришь нам всё, либо жуёшь!

Вепрь сжал зубы настолько сильно, насколько мог — до скрипа, до треска, но сопротивление оказалось бесполезным. Ожидавшие его на собственном складе люди ударили купца по челюсти и запихали внутрь горсть желудей.