Онлайн книга «Княгиня Ольга. Истоки»
|
— Так в чём же суть этой басни? — призадумался помрачневший правитель, чья рука гладила заснувшего сынишку по его тёмным волосам. — Что даже ничтожество может править? — Нет, мой господин. Коли в государстве согласия нет и каждый из достойнейших мужей занят своими заботами да делами… Ежели лучшие люди упиваются своей властью и богатствами… То тогда даже маленькая муха обманом и подлостью может привести самих мужей и их правление к концу. Глава XVII: Торг ГЛАВА XVII: ТОРГ Давненько её здесь не было. Почуяв внутри избёнки головокружение — а смрад от варева целительницы стоял знатный и буквально с сбивал с ног! — и подступающую тошноту, темноволосая трактирщица остановилась и ухватилась за бревенчатую стену, из швов которой кое-где торчал пожелтевший сухой кукушкин лён. — Заглядывала б почаще — не валилась с ног, — усмехнулась почти беззубым ртом старуха и закрыла булькающий котёл крышкой. — Третий раз за десять-то лет — почти привычка! — Прости, баба Злоба. Отец запретил после случая того, как появилась твоя кукла в доме — вся скотина вмиг сдохла за пару дней, — вздохнула Забава и с какой-то смесью любопытства и отвращения посмотрела на ближайший к ней глиняный горшок: внутри него оказались сотни высушенных, напоминающих вытянутые чёрные пуговицы, жуков. — Это ты, бабушка… — С маслом да ковригой ем, — невозмутимо ответила лекарша, всё-таки добившись своего: дочь Задора стремглав схватила с полки берестяной коробок, в котором вскоре нашло приют содержимое её желудка. Пахнуть хуже вокруг, вопреки ожиданиям, не стало — а значит, хуже просто некуда. Дождавшись, пока согнувшаяся в три погибели девица закончит, Злоба хихикнула и продолжила: — Так бабкой тебя отец застращал, что и этому веришь? От воспалений они да жара, в настой таволги и цветы бузины добавить — и как рукой снимет лихорадку! А что дурное из тебя вышло — то ладно, просто так рвота не приходит. Значит, тоска навалила — отсюда тошнота. Рвало изнутри на части — вот и рвота. — Молодец, баба Злоба… Молодец один ранен сильно, да не столько рана сейчас его беспокоит, сколько лихорадка. Есть ли чего от неё? В такой ведь час ни одна травница не работает, ни один лекарь, даже жадный Хрущ, двери свои не откроет, посему я… — Посему и ко мне в гости заглянула. Ба, поглядите-ка! А если бы не было молодца, по которому сохнешь? — прищурила один глаз, косясь на девицу, старая карга. — Тогда и не проведала бы меня? Ту, что жизнь твою спасла? Забава виновата отвела взгляд в сторону, а потом и вовсе опустила очи вниз, чувствуя, как сквозь половицы готова провалиться. Злоба же, смахнув с лица когтистой рукой спутанные, похожие на толстые переплетённые нити белой паутины волосы, продолжила вещать. — Не серчаю я на тебя, чай отец это всё. А молодцу своему, — старуха зачерпнула ладонью тех самых жуков и щедрой охапкой кинула в небольшой холщовый мешочек с травяным сбором, — молодцу своему отвар этот сделай, да пусть поспит. Пройдёт тогда его жар. — Баба Злоба… Низкий поклон тебе, — дрожащими руками взяла лекарство задорова дочь и вправду отвесила целительнице поклон. — Поклоном сыта не буду, а окорок — не позабуду, — присвистнула карга и, кряхтя и опираясь на падог, засеменила вслед за девицей к двери. — Выметайся давай, да живо домой! Мне же готовить отвар другой… |