Книга Неблагоразумная леди, страница 52 – Джоан Смит

— Я и не собираюсь поучать, просто высказала мнение, которое вы хотели услышать и на которое меня спровоцировали.

— Простите, мэм. Как обычно, ваша взяла.

А теперь не перейти ли нам к хорошей новости? Так удивился вашей победе над набобом, что чуть не забыл о другой победе. На этот раз литературной.

— Что?! Были у Маррея? – Пруденс подумала, что ей хотят предложить повторное издание, так как книги начали лучше расходиться.

— Нет. Маррей сам приходил ко мне вчера с доктором Ашингтоном. Поэтому пришлось отменить встречу.

— Ашингтон из «Блэквуд Мэгээин»? Он хочет поместить статью о ваших поэмах?

— Да, но это хорошая новость для меня, а не для вас. Он публикует статьи о романах тоже. Одна их его рубрик посвящена молодым писателям. Так вот, молодого писателя будете Представлять вы, а я – молодого поэта. Драматурга – Шеридан. Хотя он уже не молод, но на сегодняшний день он лучший драматург в королевстве. Так что у нас складывается неплохой тандем.

— Я?! Но он не мог слышать обо мне. Я не пишу серьезных книг.

— Равно как и я. Но они намерены создать нам репутацию, серьезных писателей тем, что окажут покровительство. Они дадут нам политическую, религиозную, философскую трактовку, пока мы сами не сможем сообразить, о чем, собственно, писали. Думаю, что после того, как они над вами поработают, вы превратитесь в циника, а вы хотите убедить меня, что занимаетесь романтической темой.

— А вы на самом деле моралист, хотя считаете себя распутником.

— Ашингтон просит, чтобы я его представил. Я пришел спросить, не против ли вы и когда удобно привезти его.

— Я счастлива без памяти. Он хочет прийти сюда?

— Да, если не возражаете. Я его приведу и представлю, а затем удалюсь, чтобы дать вам возможность побеседовать наедине. Не пускайте к нему Кларенса, он поймет, что вы не та, за кого себя выдаете.

— Не могу поверить – доктор Ашингтон. Каков он из себя? Старый?

— Да, старый, скучный и тощий, как жердь. Для ваших чар непригоден. Лучше рассчитывайте на умение вести беседу, а не на свои большие синие глаза. Кстати, он невысокого мнения о Скотте, но в восторге от Кольриджа и Саути. Это на всякий случай, если понадобится его немного умаслить. Не знаю, как у него находят одинаковое понимание такие разные авторы, как упомянутая выше пара, но если ему нравится чушь, которую пишем мы с вами, значит, он в душе убежденный католик. Или, скорее, Блэквуд навязал нас ему, чтобы отвлечь Ашингтона от прошлого и приблизить его к современности. Он, видите ли, по склонности классицист. Подумать только, мисс Мэллоу, мы вместе войдем в историю на страницах одного журнала. Вас это шокирует? Вижу, что не испытываете восторга от изложенной перспективы, но нас помирят эссеисты – Хант и Хазлитт. Они оба разумные ребята и своим юмором сгладят впечатление от нашей несовместимости. В хорошем смысле, конечно.

— Неужели все это не сон? Доктор Ашингтон, «Блэквуд Мэгэзин»… Сон наяву.

— Вы мечтаете о подобных победах, признайтесь? Когда очнетесь от этого волшебного сна, советую пересмотреть решение о замужестве с набобом. Неплохое предложение. Хотя я не совсем ему верю. Меня оно удивляет больше, чем статья Ашингтона. Совсем меня обезоружил. Что если привести доктора завтра?

— Да, пожалуйста, в любое время.