Книга Аромат розы, страница 41 – Джоан Смит

— Итак, вас интересует искусство. А Борсини? Что его интересует?

Я догадывалась, что Борсини больше всего интересует гонорар, который он получает за уроки, но решила промолчать об этом и поспешила переменить тему разговора.

— Как вы думаете, что делала ваша тетя, чтобы изменить свою внешность? Очевидно, усы и борода ей не были нужны, если только она не выдавала себя за мужчину.

Уэйлин ухмыльнулся.

— Едва ли это было возможно.

У его тетушки были очень полные грудь и бедра. Смешно было представить ее пышные формы втиснутыми в брюки.

Мама спустилась вниз со своим вышиванием как раз, когда мы закончили работу с портретами.

Уэйлин спросил:

— Вы пойдете с нами на поиски, миссис Баррон? Нам все утро придется много ходить. Может быть, вам спокойнее остаться здесь и заняться вышиванием?

Я поняла, что его заботливость была предлогом, чтобы избавиться от нее и провести утро наедине со мной. Поэтому ее ответ меня не очень обрадовал.

— Мне до смерти надоело сидеть здесь, как приклеенной. Я иду с вами. Почему бы вам, лорд, не походить с портретом вашей тети, а мы возьмем портреты Барри. Таким образом, мы сможем в два раза быстрее справиться с нашей задачей.

— Но… — он хотел возразить, но не мог не согласиться с ее разумным предложением.

— Отличная идея, мама.

Уэйлин свернул набросок с портретом своей тети в трубочку и ушел, условившись встретиться с нами здесь же за ленчем.

Как только он вышел, мама сказала тоном заговорщицы:

— Нам будет неприятно узнать что-нибудь порочащее Барри в присутствии лорда. Я не случайно сказала, что брат мог как-то менять свою внешность, Зоуи. Когда мы его хоронили, я искала чистую рубашку, чтобы надеть на него, и нашла в комоде воротничок священника и накладные усы. Ты помнишь, у него был старый черный костюм, который он никогда не носил. Однажды я убирала комнату, когда он был в Лондоне, и обнаружила, что он взял его с собой. Я еще подумала: «Надеюсь, он не наденет этот костюм на парадный прием, ведь он совсем не такого фасона, как нужно».

— Господи! Почему же вы не сказали мне об этом?

— Тогда я не придала этому значения и только сейчас поняла, что это значит.

— В таком случае мне надо переделать еще один набросок.

Я подрисовала воротничок и усы, и мы отправились обходить гостиницы и ювелирные магазины.

В больших отелях нам не везло. «Калверли», «Маунт Плезант», «Эрлз Корт», «Рояль Маунт», «Эферсем», «Карлтон», «Свон», «Кэмден» — ни в одном из них дядю не узнали. Мы взяли с собой все наброски: с усами и с бородой, в темных очках, в костюме священника — все безрезультатно. Теперь надо было обойти десятки маленьких частных гостиниц.

— Давайте попробуем зайти в ювелирные магазины, — предложила я, хотя особенно не надеялась на успех.

Первый магазинчик, который мы отыскали, был маленькой грязной лавчонкой со странным названием «Кашмир. Альберт Брэдфорд», примостившейся позади больших отелей. Мы подумали, что незаметное расположение и индийское название могли понравиться Барри. К тому времени мы уже имели некоторый опыт и выработали свою методику опроса, не называя Барри по имени. Я открыла альбом и показала портрет в костюме священника.

— Я разыскиваю одного своего старого родственника. Он интересуется ювелирными изделиями. Не заходил ли он к вам?