Книга Бунтаро, страница 92 – Лейла Элораби Салем

— Уходите воспоминания! Не мучьте меня, - сказал Бунтаро и закрыл лицо руками.

Слезы потекли у него из глаз и это заставило его окончательно проснуться. Он встал, застелил за собой постель и вышел в коридор. Перед ним стоял Суруки в халате и растрепанными волосами. Юноша мило улыбался и на его щеках играль румянец. Бунтаро крепко обнял сына и ласковым голосом сказал:

— С праздником, дитя мое. Я так счастлив, потому что ты счастлив.

— Отец, я хочу сказать вам огромное спасибо за все, что вы сделали для нас.

— Почему ты говоришь «для нас»?

— Сегодня ночью мне приснилась моя мать, Марико-сан, и сказала, что просит у вас прощение и благодарит за то добро, что вы сделали для нее, - Суруки увидел, что по щекам Бунтаро потекли слезы. Юноша обнял отца и проговорил. – Не плачь, это всего лишь сон.

— Нет, нет. Это, Суруки, не просто сон. Марико-сан действительно приходила к тебе.

Минуту оба молчали. Вдруг раздался звук открывающихся седзей и в коридор вышел Сувари, который гордо поглаживал бороду. Бунтаро и Суруки поздоровались с ним и все трое пошли завтракать.

Слуги развесили разноцветные фонарики из бумаги, украсили приемную комнату. Был накрыт праздничный стол для хозяев: свежая рыба, салат из морской капусты, ломтики кальмаров были закручены спиралью, в которых лежали рисовые колобки. Затем слуги подали блюдо под названием суши, поданное в фарфоровой посуде. Суши были сделаны трех видов: с осьминогами, креветками и лакедрой.

Бунтаро не очень любил суши и потому сразу же попросил подать ему тэмаки с красной икрой. Яю, нарядно одетая, поднесла ему блюдо и, протянув обеими руками, подала ему. Мужчина грациозно взял блюдо  и стал есть тэмаки двумя палочками.

Когда суши и тэмаки закончились, слуги унесли грязную посуду и принесли новые блюда: мисо суп и тэмпура из креветок. Также не забыли принести сакэ, которое было выпито за короткое время.

Немного охмелев от сакэ, Бунтаро, Сувари и Суруки решили походить по саду, чтобы выдержать прием у господина Шэдэо. Целый час они дышали свежим воздухом, пока голова не начала проясняться. Бунтаро попросил разрешение немного полежать перед отъездом, потому что почувствовал небольшую боль в желудке.

Придя в себя, мужчина сразу же принял ванну, помазал волосы душистым маслом и надел чистое шелковое кимоно. Когда он вышел на улицу, его телохранители уже поджидали его. Один из них повел под уздцы лошадь. Бунтаро легко вскочил в седло и дал приказ трогаться в путь.

Подъехав к замку, он слез с коня и дал приказ, отпуская своих людей. Затем крупными шагами прошел по тропинке, где стояли часовые. Увидев важного человека, они поклонились и открыли перед ним дверь. Бунтаро прошел по извилистым коридорам, потом поднялся по лестнице на третий этаж, где и шло веселье.

Все гости были нарядно одеты, все в шелковых кимоно яркого цвета. Женатые мужчины пришли со своими женами, запах духов которых витал в воздухе. Самураи танцевали со своими супругами, шутили с ними или просто рука об руку ходили по залу.

Смотря на все это, Бунтаро глубоко вздохнул. Все мужчины были не одни, только он.

В толпе Бунтаро увидел Игури, Кузимо и Миккико. Эта троица громко смеялась, охмелев от выпитого сакэ. Бунтаро, не захотев попадаться им на глаз, ушел подальше в толпу, где встретил Юбиро и Тоёки. Тоёки радостно бросился к другу и, кропко обняв его, сказал: