Онлайн книга «Владек Шейбал»
|
Однажды днем, шатаясь от бессилия из-за голода, Владислав пришел в комнату Лизы, помня ее обещание помочь. Красавица в это время расчесывала длинные волосы, собираясь идти в штаб к немецким офицерам. Молодой человек постучал в полуоткрытую дверь, испросив разрешения войти. Женщина была приятно удивлена его приходу, с вожделением представляя их вместе, однако спросила: Тебе что-то нужно, Влад? Я хочу есть, прошу, помоги мне. Ты хочешь еду? Но за это надо платить, - Лиза оглядела его с головы до ног, представляя вожделенную плату. Да, у меня есть ремень с хорошей пряжкой. Это латунь. Но и сам ремень из хорошей кожи, немецкая работа. Дай мне этот ремень, а я скажу: стоит он что-то или нет. Молодой человек протянул подарок Анны - то, что осталось от ее сына, память о нем. Владу было жалко менять ремень на еду, но чувство голода стало таким сильным, что более он ни о чем не мог думать. Лиза осмотрела ремень, потрогала пряжку, сказала многозначительно: За него я могу дать тебе немного масла, буханку хлеба и немного колбасы. Согласен? Конечно, - тут же ответил Владислав, проглатывая слюну. Только ешь понемногу и, главное, прячь еду, потому что тебя за это могут убить. Здесь уже нет людей, одни звери. Несколько дней подряд Влад тайком ото всех съедал по небольшому кусочку хлеба с колбасой. Благослови, Господи, душу сына Анны и дай здоровья самой Анне! Некоторые из пленников видели, как он что-то жевал, но не придавали в том значения: было слишком холодно, слишком голодно, грязно, неприятно, чтобы вообще задумываться о жизни. Многие из них мечтали о смерти как о спасении вопреки желанию Владислава сбежать, вырваться на свободу. Через неделю томительного существования в этом проклятом месте, где не было ни еды, ни воды, гестаповцы вновь собрали оставшихся в живых пленных - из тех немногих, у кого еще хватало сил идти, и повели их на железнодорожную станцию. Снова в путь, снова дорога. Никто из поляков не догадывался, что поезд направлялся к Згежу, на восток. Глава двадцать первая Поезд прибыл на конечную станцию в два часа пополудни. Немцы, размахивая винтовками, согнали пленников на платформу, велели строиться. Владислав окидывал взором родную, но странно-незнакомую позабытую землю. Здесь он родился, здесь провел первые годы жизни до поры их переезда в Кременец. Ныне после стольких лет он вновь в Згеже: начался второй круг жизни. Влад посмотрел на хмурые серые небеса и вдруг сверху стали падать первые снежинки: сначала медленно, постепенно ускоряясь. Снег. Молодой человек подставил ладонь, ощущая легкое холодное прикосновение снежинок, что, попадая на его ладонь, тут же превращались в капельки. Любимые, до боли знакомые воспоминания счастливого детства картина за картиной вставали перед его мысленным взором. Тогда много лет назад он вместе с Янкой и Казимежем, будучи детьми, выбегали со смехом к первому снегу, прятались от пристального взора гувернантки в их укромном месте большого сада, а потом тайком уходили за ворота кататься с горки с соседскими детьми. Строгий Станислав наказывал за побег Янку и Казимежа, его же отец не трогал, потому как Влад был еще слишком мал, чтобы принимать решения. Вот как хорошо было, жаль только, что недолго. Быстрее, собаки! Шевелитесь, животные! - кричали немцы, со злостью толкая пленников к высоким железным воротам возле шлагбаума. |