Книга Тлеющие осколки разбитых надежд, страница 15 – Бусинка Кошковская

Часть I. Глава V.

* * *

Конец мая. Дело было уже к закату, около восьми часов. День был жарким, но вечером появился свежий лёгкий ветерок, отчего стало приятно прохладно.

Княжна Дарья, как, впрочем, и всегда, в одиночестве, сидела на балконе своего имения, она читала книгу. Сейчас в её доме проездом был её брат — князь Михаил, вместе с женою и тремя детьми, и, также проездом, их кузен — Павел Литвинов.

Одиночество своей барышни нарушила крепостная крестьянка по имени Катерина — милая девушка двадцати семи лет, весьма высокого роста, намного выше княжны, с короткими прямыми светло-русыми волосами и голубыми, словно ясное небо, глазами.

— Ваше сиятельство, к вам приехал один князь… Он просит, дабы вы приняли его, — произнесла она.

— Давно такого не было… — тихо проговорила княжна в ответ, не отрываясь от книги. — Кто таков?

— Он просил не называть его имени.

— Тогда пущай со своими глупостями идёт на все четыре стороны, — она, отложив чтение, пристально взглянула на служанку и, гораздо громче и грубее, добавила: — Вот прямо так и передай!

— Князь очень просил, дабы вы приняли его, пожалуйста, Дарья Алексеевна, — жалобно заговорила крестьянка. — Я думаю, этот человек с добрыми намерениями, сами поймёте, когда увидите, кто он. Я прошу вас, моя княжна.

— Ладно, я сейчас приду, — с неким недовольством, ответила Дарья. Ею овладело весьма странное чувство, отчего-то вдруг ей захотелось пойти к этому человеку. Она быстро натянула на руки бежевые короткие кружевные перчатки, которые очень подходили под её платье такого же цвета, и, пройдя через коридоры дома, вышла из здания. Этот самый человек, недалеко от ворот, стоял спиной, но тут же повернулся, когда княжна подошла. От удивления у неё перехватило дыхание, ведь перед ней был князь Андрей Болконский.

— Ах! Андрей Николаевич… Что вы здесь делаете? — с удивлением, воскликнула княжна, не успев натянуть на себя маску равнодушия и холодности, даже голос её будто потерял свою грубость, стал каким-то пронзительным.

— Здравствуйте, Дарья Алексеевна, — князь легонько весьма сдержанно, как и всегда, взял её руку и поцеловал. — Ваш дом оказался прямо по пути. Конечно, я мог бы проехать мимо, но сегодня я слишком устал от дороги. Хотя вы имеете полное право не принимать меня, — Болконский устало вздохнул и, с каким-то лёгким разочарованием, отпустил её маленькую руку.

— А я разве сказала, что не дам вам переночевать у меня? — чуть надменно и уже сдержанно, без лишних эмоций, ответила Дарья; голос её принял прежнюю не очень приятную грубость.

— Я весьма сомневался в этом.

— Меня поражает ваша логика, Андрей… Вы сомневаетесь, но всё равно делаете.

— Я смотрю с позиции разума, ведь, ежели есть более приятное решение, отчего его не попробовать, может быть получится, а коли не выйдет, то я ничего и не теряю.

— Остроумно, — проговорила княжна, усмехнувшись. Сейчас же она заметила другую свою служанку и окликнула её: — Варенька, постой!

Семнадцатилетняя крестьянка сразу же остановилась и, поклонившись, подбежала к своей госпоже. Она была довольно маленького роста, чуть меньше княжны Дарьи, у неё была тоненькая русая коса, светло-карие глаза, а щёки прямо-таки горели румянцем.

— Чего изволите, Ваше сиятельство? — громко и пискляво, как-то по-детски, заговорила она.