Книга Лето запахом тебя, страница 3 – Инна Мэй

Я открыл дверь и спросил:

— Да, леди Изабель. Вам что-то нужно?

— Свободу мне нужно, а не это заточение. Тебя как зовут?

— Лэндон Осгод, миледи.

— Лэн, дон… — что-то примеряя, проговорила двумя слогами мое имя эта аристократка и обратилась ко мне: — Хорошо, буду звать тебя Дон, — укоротила его эта девчонка, тем именем, которое я больше всего ненавидел. Услышав его я слегка скривился

— Открой мне это окно, оно совсем не поддается смещению. Вы что его клеем обмазали, чтобы я здесь быстрее сдохла? — недовольно проворчала она и неприязненно посмотрела на меня.

— Никак нет, миледи. Просто их давно никто не открывал. Последний раз здесь были пять лет назад. Но я тогда ещё не служил у Вашего отца.

— Помню, помню. Тогда это место казалось мне немного лучше, чем сейчас. Вообщем иди открывай.

— Слушаюсь, — проговорил я, и подошёл к окну одним движением открывая окно настежь.

— Ну хоть силы у тебя есть. Уже есть, чем гордится. Благодарю, — высокомерно произнесла эта "миледи", которую мне в данный момент хотелось придушить.

— Я могу идти?

— Конечно. Всё, что мог ты сделал. Большего я от тебя не жду, — бросила она подойдя к окну, воззрившись взглядом в окрестные просторы.

Лэндон

Жаль, что убийство карается законом.

Я бы эту гусыню спустил на землю. Прям с этого окна.

Обернувшись я пошел снова на своё место.

Гусыня сидела в своей комнате до вечера, за всё время не проявив оттуда и звука, из-за чего я наивно понадеялся, что она своевременно скончалась от большого потока свежего воздуха.

Но мои мечты не исполнились, и эта аристократка резко открыла дверь своих покоев, явив мне свое недовольное лицо.

— Я иду ужинать. Проводи меня к столовой.

— Слушаюсь, — проговорил я, и эта бестия вышла из своего дьявольского круга направившись в сторону обитания мирных жителей. Я пошел следом за ней.

Изабель

До вечера я сидела с грустью смотря в окно, хороня своё лето, молодость и такие долгожданные и яркие планы на эту теплую пору времени. Жить не хотелось совсем. Что-то делать тоже. Меня накрыла апатия, и я отдалась таким сладким ранним воспоминаниям своего прошлого времяпровождения на балах и приемах среди роскоши, веселья и знати. Поставив перед собой крест на своем будущем, я горько смотрела вдаль, где сейчас аристократки ходили по лавкам готовой одежды с умопомрачительным платьями. Слушали комплименты молодых аристократов, уповая своё самолюбие и кредо лестными словами, хозяева которых радовали глаз и душу своими манерами. Хоронила всё, чем жила и сама. А всё из-за этих мерзких преступников, которые совершили уже несколько покушений на моего отца. Знала бы к чему это приведёт, сама придушила бы этих скотов.

Почувствовав потребность голода, я нехотя встала и пошла к зеркалу привести себя в порядок. Порядок был, но не в душе и моей жизни.

Открыв дверь, я увидела эту постную рожу своего охранника. Велев ему проводить меня в столовую, я пошла разделять ужин в собственном одиночестве.

Пройдя за стол, мне сказали, что думали я сегодня уже не буду ужинать и что от утомительной дороги я просплю до самого утра.

Взглянув недовольным взглядом на горничную, я проговорила:

— Неужто специально хотите морить меня голодом, чтобы быстрее избавиться от меня?

— Нет, что Вы!? — испуганно взглянула на меня женщина. — Мы правда думали, что Вы спите и не хотели Вас будить.