Книга Жизнь запахом тебя, страница 14 – Инна Мэй

— Извините, миледи, но Вы сказали, что цветы в вазах обязательно должны быть, а так как остались цветущими только розовые розы, мы не имели другого выбора поставить другие.

— И это по-вашему оправдание? Вы могли бы съездить в соседнее селение и найти мне нормальные цветы!

Я стоял за госпожой и слушал её, было непреодолимое желание придушить эту змею, чтобы она наконец-то прекратила плеваться своим ядом. Какая к черту разница какие стоят в вазе цветы? Будто она ждёт к себе на приём саму королеву. Даже последняя, уверен, не обратила бы внимание какой вид цветов наполняют вазы этого имения.

Неужели это недалёкое создание дожило до своих лет и её никто не придушил? Жаль, очень жаль.

— Ещё раз увижу эти чертовы розы на столе в гостиной и вы будете уволены.

— Слушаемся госпожа, — синхронно проговорили две горничные и опустили свои головы.

— У меня пропал аппетит. Пойду прогуляюсь. Надо же как-то вернуть прежнее расположение духа, которые вы мне испортили, — проговорила она и развернувшись побрела в сторону сада.

Как по мне так у неё этого хорошего расположения духа не бывает никогда. Даже больше, у неё скорее и этого самого духа нету, всего лишь пустая оболочка.

— Ты. Как там тебя? Лэндон, принеси мне прохладительного напитка к беседке. Я намерена посидеть на свежем воздухе.

Услышав приказ о том, что собственно в мои обязанности не входит, я молча развернулся и направился на кухню, чтобы принести этой стерве её прохладительный напиток. Как я уже и говорил, жаль, что убийство карается законом. Я бы эту змею придушил бы собственными руками.

Через пять минут я принес ей то, что она попросила и поставил перед ней.

— Почему он такой холодный? Ты хочешь, чтобы я лишилась своего голоса? — скривилась девушка и с негодованием посмотрела на меня.

— Я Вам не волшебник, чтобы за пять минут разогреть жидкость. К тому же, прохлальные напитки разве не идут от слова — прохлаждлать?

— Как ты со мной разговариваешь? Ты слуга, и твои обязанности слушать меня и выполнять мои поручения.

— Мне кажется Вы и сами позволяете себе много. Даже в зависимости от того, что принадлежите к знати.

— А ты и не узнаешь, что можно, а что нет людям из высшего слоя общества. Ты же без роду и имени, так что ты и понятия не имеешь какими правами наделяет статус.

— В Вашем случае, он Вас не наделил, а наоборот забрал. И к большому прискорбию, последние мозги, которые у Вас были.

— Да что ты себе позволяешь? Кто ты, а кто я?

— Пускай я без рода и статуса, но это не даёт Вам права оскорблять меня. Так же, как и остальных людей.

— Да я уволю тебя безродная невежда. Будешь знать, как ставить в упрек действия тех, кто стоит выше тебя по положению.

— Увольняйте, я не держусь за это место, — безэмоционально проговорил я и спокойно посмотрел на неё.

Не хватало мне, чтобы ещё какая-то выскочка унижала меня в моем происхождении. Мне не было обидно, я уже привык не обращать внимания на претензии и слова таких, как она. Но самоуважение не позволило мне промолчать на этот раз.

— Вот и отлично. На одного безмозглового и безродного нищего меньше.

Я пропустил эти слова мимо ушей. А девушка только окинув меня презрительным взглядом, встала и направилась в имение. Я не стал идти за ней. Она права, безродному и человеку из высшего общества слишком некомфортно находится рядом. Теперь пускай сама защищает свою драгоценную шкуру.