Книга Дневник неизвестной королевы, страница 109 – Инна Мэй

— Верно. Хорошо, новых распоряжений для меня нет?

— Нет. Можешь идти.

Вечером мы прогулялись с королем Дальмонте в саду, разговаривая о книгах, а за ужином о жизни. Оказалось с ним очень легко и интересно. Видимо этого я сразу не заметила из-за своего недоверия к нему, но сейчас наши отношения стали с ним другими. Даже сложилось чувство, что мы давно знаем друг друга.

— Иностранный язык всегда беден, потому что ты никогда не поймёшь истинное значение его слов, — спокойным голосом, но с задумчивым видом произнес мужчина.

— Значит перевод книг нам врёт?

— В некоторой степени. В основном бедность в понимании преследует нас тогда, когда мы общаемся с этим человеком. Хотя есть прекрасные переводы, которые имеют точное обозначение сказанному.

— Например?

— Build your own dreams, or someone else will hire you to build theirs. — Воплощайте собственные мечты, или кто-то другой наймет вас, чтобы воплощать свои (Фаррах Грей)

I don't like those cold, precise, perfect people, who, in order not to speak wrong, never speak at all, and in order not to do wrong never do anything. — Я не люблю этих холодных, аккуратных, совершенных людей, которые, чтобы не сказать неправильно, вообще ничего не говорят, а чтобы не совершить неправильного поступка — вообще ничего не делают (Генри Бичер)

Never regret anything that made you smile. — Никогда не сожалей о том, что заставляет тебя улыбаться (Марк Твен)

— И какое выражение Вам нравится больше всего? — спросила я.

— Последнее, — со спокойным видом ответил он.

Я слегка улыбнулась и задумчиво направила взгляд в его плече.

— Вы и сами согласны с этим, не так ли?

Оторвавшись от размышлений, я несколько секунд помедлила, глядя в его глаза и ответила.

— Наверное.

— И часто Вы могли сделать это?

— Если считать то, что вызывало искреннюю улыбку, то такого в разы меньше. В основном моя улыбка это как психологический приём или моя эмоция, но не та, что вызывает радость внутри, а всего лишь та, которая говорит о моей реакции на слова.

— Значит понять по Вам, когда Вы рады будет невозможно.

— Наверное да, — усмехнулась я, смотря на его глаза. "Такие необычные", — неожиданно пронеслось у меня в голове. — Да и знаете, улыбка сейчас стала чертой воспитания и приличий, а не чертой характера. Ведь многие улыбаются потому, что так гласит приличие, а хотят ли они улыбаться на самом деле или нет, это не ясно.

— Согласен. Такое тоже есть. Но главное, что свою искреннюю улыбку ты всегда заметишь.

Я устремилась на него задумчивым взглядом, а потом через несколько секунд согласно кивнула.

— Можно задать Вам вопрос, не относящийся к этой теме?

— Конечно.

— Для чего Вы оставили мне книгу на столе?

— Я ответил на этот вопрос в тот же день. Вы же нашли записку в конце?

— Да, но…

— Вы думаете, что там есть какой-то намёк.

Я замолчала, не зная соглашаться с этим или нет, а потом проговорила:

— Возможно.

— Я думаю Вы и сами всё прекрасно понимаете.

— Если честно, то я ничего не понимаю. Поэтому и хотела разобраться.

— Значит неподходящее время, поэтому добавлять что-то к этому сейчас не стоит.

— Хорошо. Я и сама не горю особым желанием.

Затем тема коснулась планов на будущее моего королевства, а точнее, способов, чтобы избежать проблем, по крайней мере хотя бы минимизировать их. По обсуждению этого вопроса прежняя тема забылась, и поэтому я не придала ей большого значения. После разговора каждый разошелся по своих покоях, чтобы отдать долг своему уставшему телу. Наутро меня нашел Рован в столовой, когда мы как раз ужинали с королем Дельмонте и отрапортовал отчёт.