Книга Пленница Риверсайса, страница 96 – Алиса Болдырева

— Ещё как видели, Тами, — его голос сделался хриплым, а взгляд потемнел. Ей казалось, что на неё смотрит голодный зверь, хищник, от которого ей никуда не деться. — Станете отрицать, что подсматривали за мной у берегов Угольной реки? — Он подошёл к ней ещё ближе, и, запустив руку в волосы на затылке, слегка сжал их. — Там же вы обронили свою ленту.

С этими словами он прижался к её губам своими губами. От неожиданности Тами застыла на месте, пока он неторопливо ласкал её рот. Его губы были мягкими и нежными, и сама того не замечая, Тами ответила на поцелуй. Сначала робко и нерешительно, постепенно подстраиваясь под его ритм. Ей нравилось, как он целовал её, ей нравилось ощущать его руки на себе. С каждой секундой Мариус прижимал её всё сильнее, сместив одну руку на талию, а когда он коснулся своим языком её языка, она задрожала. Руки Тами легли ему на грудь, ощущая тугие мускулы под пальцами; его кожа была слегка прохладной после холодной воды.

Поцелуй становился глубже и откровеннее, а тело Мариуса всё ближе; его руки действовали увереннее и смелее. Однажды на свой семнадцатый день рождения отец позволил Тами выпить на один бокал вина больше, чем обычно, и после этого у неё слегка кружилась голова. Сейчас с ней происходило то же самое, вот только вина она не пила.

Губы Мариуса ласкали, язык дразнил, зубы слегка прикусывали, и Тами помимо воли застонала; этот стон потонул в звуках их ненасытного поцелуя. Низ живота сладко заныл.

Она не хотела, чтобы Мариус останавливался, она хотела, чтобы этот поцелуй длился вечно. Её руки уже без стеснения исследовали его грудь, плечи, спину, лаская Мариуса. Её грудь сделалась чувствительной, и плотная ткань платья больно стискивала её. Она хотела избавиться от тесного корсажа.

Приятная дрожь сотрясала всё её тело, и Тами догадалась, что это страсть впервые заключила её в свои крепкие объятия. Мариус терзал её губы, словно свирепый хищник, он уже едва ли контролировал себя, поддавшись всё той же страсти, что руководила сейчас Тами. Одна его рука плавно переместилась Тами на грудь, и она непроизвольно подалась вперёд, когда он пальцами задел её сосок, твёрдый и чувствительный. Тихий стон сорвался с её губ, а низ живота болезненно запульсировал. Что с ней происходит? Неужели это его прикосновения вызывают в ней чувственную лавину?

«Буквально вчера Мариус поцеловал меня!» — внезапно вспыхнули в её голове слова леди Соланы.

Её словно окатило ледяной водой с ног до головы. Боги, что она делает? Как могла пасть настолько низко, что позволяет ему касаться себя, целовать себя? Ещё вчера он целовал свою невесту, а теперь вот и её, а она стоит и млеет в его руках, как дешёвая…

Резко оттолкнув его, Тами отступила на шаг назад, и принялась пятиться задом к двери. Мариус медленно надвигался на неё, и в глазах его плескалась смесь растерянности и желания, дикого и неутолённого.

— Простите, милорд, — сказала она, поразившись, каким хриплым был её голос. В нём всё ещё звучали отголоски страсти, которая снедала её секунду назад.

Добравшись до двери, Тами рванула её со всей силы, и бросилась бежать. Как можно дальше оттуда. Как можно дальше от Мариуса.

Оказавшись в своих покоях, она закрыла двери непослушными руками и задвинула засов. Её губы горели, щёки пылали, а неутолённое желание бурлило в крови. Она тряхнула головой, гоня порочные фантазии прочь, но тело не получалось обмануть, оно всё ещё помнило недавние ласки Мариуса.