Книга Генрих VIII и шесть его жен. Автобиография Генриха VIII с комментариями его шута Уилла Сомерса, страница 320 – Маргарет Джордж

— Из чего, как вы полагаете, создана Луна? – громогласно вопрошал Мор. – Из пепла? Или из неземного вещества? Может, жидкая субстанция образует лунный диск? Нет, тогда бы этот чудесный лик мерцал, мы увидели бы его блеск. А если состав Луны подобен смоле? – рассуждал он с детской увлеченностью.

Что бы там ни было, вскоре ночное светило начала поглощать тьма.

— Интересно, есть ли там живые твари? – вставил я.

Мне вспомнились сказки о лунных эльфах и древних языческих богинях, включая Артемиду и Диану. Луна представлялась мне неким разумным существом, сильно влияющим на нашу жизнь.

— Бог обо всем позаботился.

Бог. В божественных вопросах Мор обладал несокрушимой уверенностью.

— Да. Хотя нам не дано постичь путей свершения Его замыслов.

— Он населил землю множеством странных тварей, – сказал Мор. – Для их изучения не хватит и трех жизней.

Следует ли продолжать увещевания? Я приехал, чтобы предупредить Мора, дать ему совет. И получил отпор. Попытаться снова? И сколько раз? Или лучше просто уйти? Разве мог я сейчас спокойно наслаждаться созерцанием затмения?

— Томас, – проронил я, – мне хотелось сегодня поговорить с вами, объяснить вам крайнюю серьезность вашего положения. Я хочу, чтобы вы хорошо поняли это. Если у вас возникнут вопросы…

— Я задам их, ваша милость. Можете не сомневаться.

— Так задавайте же!

Лунному диску грозило полное исчезновение, но мы, забыв о нем, глядели друг на друга.

— Мне нечего спрашивать. Я знаю ответы. Если человеку известны ответы, то нет смысла обсуждать их, какими бы страшными они ни казались.

— Вы уверены?

— Да, ваша милость. Я сделал выводы еще до вашего приезда. Но благодарен вам за предупреждение.

— Много ли вы понимаете…

— Я понимаю, – решительно произнес он. – Все понимаю.

Затмение завершилось, и мы медленно спустились с холма к давно потемневшему дому. Справа от него я заметил небольшое строение и спросил из вежливости, что это такое.

— Я называю его Новым домом.

— Но для каких целей он служит?

— Там находится все то, чему не нашлось места в Старом доме, – ответил он.

— Ваши личные вещи? – решил уточнить я, надеясь, что понял его правильно.

— Верно, – согласился он и после странно долгой паузы выразительно повторил: – Личные вещи.

Для ночлега мне предоставили верхнюю спальню в задней части дома. Там стояла удобная кровать с периной и меховыми покрывалами. Должен признаться, что к тому времени я уже шатался от усталости и едва не спал на ходу. Я мог бы заснуть даже на алтарных плитах.

— Благодарю вас, Томас, – тихо пробормотал я.

Как только дверь закрылась, я доплелся до кровати и упал на нее, не имея сил даже раздеться, и тут же провалился в глубокий сон. Мне хотелось подумать о Томасе и его очевидном пренебрежении к моим словам, но все мысли улетучились сами собой.

Посреди ночи я вдруг пробудился с ощущением такой бодрости, словно проспал пару недель. На столике у двери трепетал огонек небольшой свечи. Она уменьшилась вдвое с тех пор, как я зажег ее. Сколько же часов или минут она горела? Я потерял чувство времени.

Спать больше не хотелось. Я был преисполнен необычайной бодрости и решил встать с постели. Спустив ноги на пол, я поискал свои башмаки. Они стояли у кровати, холодные и жесткие, левый на месте правого, так как я сбросил их в сонном изнеможении.