Книга Глаза слепой любви в парке Надежды, страница 11 – Алэн Акоб

Когда улицы города, после удушающего дневного зноя, начали потихоньку остывать, люди которые кисли в своих домах, выпивая неимоверное количество жидкости, начали робко выходить во двор, словно бледные призраки из подземелья жмурясь на уходящее солнце.

По улице взяв под руку пожилую женщину шёл молодой человек. Выглядел он достойно, внешность имел приятную, проходящие навстречу дамы издали ему загадочно улыбались, но поравнявшись с ним они быстро отворачивались и смотрели в другую сторону. У парня был невидящий взгляд, холодных как лёд зрачков.

Начинало темнеть. Город зажёгся тысячами огней флуоресцентных ламп. Молодой человек и сопровождающая его женщина прошли ещё пару улиц, остановились напротив бара, из глубины которого доносилась музыка, слышался задорный девичий смех. Они заказали себе немного виски и от нечего делать женщина начала листать сегодняшний номер газеты забытый на столе. На последней странице, среди объявления о пропаже собаки породы спаниель, и купли продажи квартир, красовалась фотография молодой женщины с родимым пятном на вспухшей губе, которая держала в руках скрипку и улыбалась. Под фотографией объявление — молодые таланты. Мария Куц, концерт скрипичной музыки, партия фортепиано Вячеслав Сорокин.

Молодого человека звали Игорь, женщина, с которой он шёл по улице, его мать Валентина Петровна. Осторожно оглядываясь по сторонам, она вырвала последний лист из газеты, под вопросительный взгляд сына, аккуратно сложила его вчетверо, расплатилась с барменом и оба шагнули в темноту за дверью, ночного города.

Для небольшого провинциального городка концерт классической музыки, событие знаменательное. Зал оказался переполненным, между шёпотом и сдержанными голосами, периодически кто нибудь да покашливал, переставляли стулья. По распоряжение дирекции в переднем ряду поставили дополнительные стулья для приглашённых. Игорь сидел во втором ряду в тёмных очках. На сцену вышли пианист и Мария, они вместе поклонились публике, потом улыбнулись друг другу и стали ждать конферансье.

Игорь пожирал глазами, то мутное пятно, где должна была быть Мария. Стараясь хоть что-то разглядеть, хоть какие-то очертания.

Эдвард Григ, соната для скрипки и фортепиано № 3, объявил конферансье и удалился.

Смычок болью резанул по сердцу, Игорь снял очки и пристально посмотрел на Машу, ему хотелось закричать — Маша, я здесь, я не забуду тебя никогда Мария! Броситься к ней, обнять. Потяжелевшие ноги, словно налились свинцом, от волнения пересохло во рту. Их взгляды встретились, его — безумный от переживаний, её — с расширенными зрачками, от удивления. Смычок замер руках на целую минуту, в зале повисла тяжёлая тишина, пианист сбился с такта и замолк. Игорь весь напрягся превратившись в натянутую струну. Зал взорвался аплодисментами. Быстро овладев собой Маша продолжила играть и больше не смотрела в его сторону до самого окончания концерта.

Когда кашляя из зала вышел последний простуженный человек, Игорь по-прежнему продолжал сидеть в кресле, он знал что Маша обязательно к нему подойдёт после концерта, он не ошибся.

— Здравствуй Игорь — протягивая ему руку

— Вот мы и встретились Маша — толи не видя, толи не принимая протянутую руку

— Я знаю ты зол на меня, наверное на твоём месте, я поступила бы так же