Книга Рассказы на заметку, страница 3 – Алэн Акоб

После всех издержек железной дороги, поедания варёной курицы без соли, так как супруга забыла её положить в чемодан, ты спокойно засыпаешь под равномерный стук колёс, чувствуя себя предельно честным и свободным.

По прибытию на вокзал поезд ворчит и фыркает словно слон на водопое. Еще окончательно не проснувшись, пассажиры сонно толкаясь спешат на выход таща за собой чемоданы и кошёлки. Обычное утро на вокзале города Н.

Затем полчаса езды на заднем сиденье автобуса от вокзала до места назначения. Наконец, пригород незнакомого города и его овощехранилище.

Заведующая, дородная женщина с двойным подбородком, толстыми ногами и стрижкой каре, на его приветствие, без обиняков, вполне откровенно стала высказывать всё, что думает о них и о их продукции. Семён, не ожидая такого приёма, попросил провести его к агрегату, не обращая внимания на колкости и недовольный вид, очевидно из-за того, что лишил её удовольствия закатить ему скандал. Вдруг подумал, сам не зная почему: с таким персонажем я бы ни за какие сокровища мира не стал бы заниматься любовью, даже оказавшись на необитаемом острове. Тут же представив дамочку в набедренной повязке, с обнажённым бюстом и браслетом из ракушек каури на щиколотке. Он тряхнул головой отгоняя дурные мысли и последовал за ней.

В овощехранилище пахло таблицей Менделеева, терморегулятор и в самом деле барахлил, маленькие светодиодные лампочки поочерёдно грустно вспыхивали и так же быстро гасли, словно просили о помощи. Семён осторожно вскрыл крышку и начал внимательно осматривать контакты, плату, реле. По прошествии пяти часов упорных поисков, замены нескольких деталей, аппарат как и прежде давал сбой в работе. У Семёна появилась усталость от напряжённой работы в неудобной позе, начали затекать ноги. Под конец дня появилась та же самая заведующая овощехранилища, сразу поняв по усталому виду, что у него ничего не получается, она сокрушенно покачав головой попросила покинуть помещение, прошипев на прощание:

— Спокойной ночи, мастер самоделкин и не вздумай опаздывать на работу, как сегодня! – тяжёлым геликоном протрубила она напоследок.

Найти гостиницу на ночлег, не представляло особого труда. Она была в двухстах метрах по прямой от овощехранилища. Неприглядное серое здание, на три этажа, тускло светилось окнами словно шахматная доска. Администратор – небольшой толстячок средних лет, с румянцем на щеках, как у молодой девицы, при виде клиента слащаво улыбнулся и сразу поинтересовался, на сколько дней номер брать будете?

Гостиница была не новой и требовала хорошего ремонта, в углах стен холла виднелись следы от сырости и водяные разводы. Поймав взгляд и словно прочитав его мысли, карапуз заметил:

— На следующий год планируется ремонт – протягивая ключи от номера.

Поднявшись на второй этаж, Семён открыл дверь и вошёл к себе. Комната оказалась довольно таки сносной для случайной гостиницы, две кровати, тумбочка, стол, шкаф, из крана шла горячая вода. Окно выходило на улицу, в дымке тумана виднелась крыша овощехранилища, на которой сидели вороны время от времени взлетая и снова садясь рядышком. Семён разложил вещи, принял душ, завернулся в полотенце, посмотрел на часы – показывало без четверти девять, оделся и спустился в хол немного поболтать перед сном с администратором, который показался ему добрым малым, но тот был занят, склонившись над тетрадкой в клеточку, увлечённо что-то записывая в ней. Устроившись поудобнее в кресло, Семён просмотрел пару затрёпанных журналов мод, газету, поднял глаза и обратил внимание на только, что вошедшую женщину. Она была стройна собой, на высоких каблуках в тёмном женском костюмчике, с короткой стрижкой гарсон, выдававшей в ней деловую женщину. Наверное шеф какого-нибудь агенства по продаже недвижимости подумал он, продолжая оценивающим взглядом перемещаться по выпуклостям женского тела. Внезапно она обернулась и бросила на него один из тех испепеляющих взглядов, стараясь нахмурить коромысло выщипанных бровей, после которых обычно мужчины отводят глаза, что он и сделал, снова погрузился с головой в газеты. Начинало темнеть, перебросившись ещё парой слов с администратором, Семён поднялся к себе в номер. Часы показывали ровно десять часов вечера, в гостинице стояла томительная тишина. Он разделся и нырнул в постель. Усталость медленно заливала тело свинцом, веки тяжелели.