Книга Пес войны, страница 226 – Мария Архангельская

Стук копыт раздался неожиданно. Помянув Лесного Хозяина, Имрай начал торопливо надевать на лук тетиву. Расслабился, понимаешь ли, размечтался. Если он и сегодня не сделает того, что задумал, придётся ждать следующего раза, и неизвестно, когда он выпадет. Пёс ездил к могиле то каждый день, то раз в неделю и даже реже. А каждый новый день промедления приближает поражение рейндов. Ничего, когда придёт известие о смерти Гирхарта Пса, пламя войны вспыхнет ярче прежнего. Смерть вождя — залог поражения. Имперцам будет не до Рейндари, до тех пор, по крайней мере, пока у них снова появится настоящий император. Сын нынешнего — мальчишка, даже в бою никогда не бывал. Если он и усидит, то к тому времени, как он войдёт в силу, сегейрцев выметут из земли рейндов поганой метлой! Будь жив его старший братец, может, он что-то и смог бы, за два года люди становятся намного старше и опытней… Самому Имраю двух лет когда-то хватило с лихвой. Но первый щенок из этого выводка погиб, как говорят — на глазах у отца. Всё же боги следят за тем, чтобы была на земле справедливость.

Имрай приехал в Рамаллу, нанявшись охранником в купеческий обоз. Наверно, он был первым из свободных рейндов, увидевшим сердце вражеской страны. Во всяком случае, он никогда не слышал и даже представить себе не мог, насколько она велика и многолюдна. Смешно и горько было вспоминать свои юношеские мечты о том, чтобы прийти сюда с войском. Да во всём их племени меньше воинов, чем оказалось только в одном приграничном лагере! Купец говорил, что таких лагерей в империи не один десяток, а тот, что находится неподалёку от Сегейра, в несколько раз больше. И всё же Имрай не зря проделал этот далёкий путь. Он сделает то, что в его силах, и Рейндари станет свободной.

Небольшой роговой лук, купленный здесь же, в Сегейре, был на диво тугим, так что приходилось наваливаться на него всем весом, чтобы петелька тетивы скользнула в зарубку на конце рога. На ходу доставая стрелу, Имрай поспешил к дороге. Когда он вылетел на обочину, предусмотрительно пряча оружие под плащом, всадники уже успели миновать заранее облюбованное им место. Имрай проводил их взглядом со смешанным чувством облегчения и досады. Облегчения — потому что это были не те, кого он ждал. Десяток воинов был одет в серые, а не синие плащи, а во главе скакал черноволосый юноша. Имрай качнул головой: только сорвался зря. Снять тетиву или оставить? Лучше оставить. Натянутая тетива ослабевала, если держать её долго, но Пёс мог появиться в любой момент, а за час-другой ничего с ней не случится. Имрай любовно погладил лук. Он не сразу приспособился к нему, в Рейндари таких не было. Торговец, у которого рейнд его купил, уверял, что роговые луки делают на юго-востоке, за морем, и равных им нет во всей империи. Так оно и было. Сначала Имрая привлекли только небольшие размеры, позволявшие легко спрятать оружие, но вскоре он понял, какой подарок ему сделала судьба. Хорошо, что зашёл в ту лавку. Боги, безусловно, на его стороне.

А ведь когда он впервые вошёл с Сегейр, он испытал только желание поскорее выбежать за его мощные стены и больше никогда не заходить внутрь. Человеческие селения не должны быть такими большими! Имрай просто ошалел от городской толпы, огромных зданий, бескрайних площадей и камня, который окружал его со всех сторон. Камень под ногами, камень вокруг, и лишь над головой по-прежнему небо, но и оно на иных улицах сжимается до узенькой полоски. Как можно тут жить? Может, имперцы потому так легко и мирятся со своими императорами, позволяя им творить с собой всё, что заблагорассудится, потому что привыкли жить в таких городах, как в темнице? Сам Имрай через некоторое время тоже как-то притерпелся, но, если б не необходимость, не остался бы в Сегейре ни единого лишнего часа.