Книга Охотница, страница 34 – Мария Архангельская

— Целевой кредит, говорите? — задумчиво переспросила женщина. — А какая ставка?

— Ставка будет несколько выше, в зависимости от цели кредита — от тринадцати до двадцати процентов. Хотя постойте… — я приблизила ай-фон к клавиатуре и быстро залезла в поисковик, зная, что хороший динамик вполне передаёт еле слышное цоканье клавиш. — Да, сейчас разворачивается специальная программа для молодых участников. Если вам ещё нет тридцати, вы можете получить целевой кредит на ещё более выгодных условиях! Мы работаем над тем, чтобы привлекать молодёжь.

— А на покупку машины?

— Те же двенадцать процентов. Кредит можно взять сроком до пяти лет, начальный взнос — не менее пятнадцати процентов с подтверждением доходов, и не менее тридцати — без подтверждения. А если вы являетесь молодожёном и хотите взять кредит на ипотеку, вы можете предоставить свидетельство о браке…

— Подождите, подождите. Давайте с машиной разберёмся. Счёт в вашем банке пойдёт в качестве подтверждения доходов?

— Разумеется, при условии наличия на нём суммы, равной не менее половины суммы кредита, — вдохновенно сообщила я. — Вам нужно обратиться в то отделение, где был открыт ваш счёт, и наши сотрудники с удовольствием помогут вам с оформлением и ответят на все ваши вопросы.

— Хм-м… — протянули в трубке.

— Но предложение ограничено, — нажала я. — У вас на раздумье не более двух недель.

— Ладно, я подумаю. Спасибо, до свидания.

— До свидания, обращайтесь в любое время!

Значит, тебе нужна машина, подумала я, нажав на отбой. И ты намерена приобрести её за мой счёт. По крайней мере, рассматриваешь такую возможность. Интересно, когда ты решишься, если решишься? Сама я могу долго раздумывать и колебаться, а могу вдруг поддаться спонтанному порыву — раз, и всё! А как поступит мой двойник?

В любом случае, теперь я знала, где её можно дождаться с наибольшей вероятностью. Проблема состояла в том, что отделение Сбербанка, где был открыт мой счёт, находилось в крайне неудобном для наблюдения месте — в самом начале Никитского бульвара, там, где проходит туннель, ныряющий под Арбатскую площадь. Присесть негде, незаметно встать — тоже. От другой стороны улицы его отделяет туннель, пока добежишь — десять раз можно скрыться. И всё-таки придётся как-то выкручиваться.

А может не мудрствовать лукаво и обратиться в сыскное агентство? Я на холоде торчать целый день не обязана, а работникам агентства можно ничего не объяснять. Просто прислать фото и попросить проследить. Но вмешивать кого-то ещё мне не хотелось, пусть даже это будет профессионал с подпиской о неразглашении. Попробую всё же справиться своими силами, решила я, а если в ближайшие дня два или три результата не будет, можно подумать и о найме сыщика.

Небо было ясным, и будь потеплее, погоду даже можно было бы назвать приятной. Я поправила капюшон старого болоньевого пальто, которое раскопала в глубине гардероба, когда выбирала, в чём бы мне пойти на пост, чтобы быть не слишком заметной, и, по возможности, на себя не похожей. Пальто было мамино и мне слегка великовато, зато меня в нём точно никто никогда не видел. Я и сама-то его не помнила.

Найти наблюдательный пункт мне так и не удалось, и я не придумала ничего лучше, чем прогуливаться по тротуару мимо дверей Сбербанка туда-сюда. От ограды Дома журналистов с одной стороны и до места, где бульвар начинает загибаться, с другой. Так, чтобы не терять дверь из виду, но и в то же время не топтаться на одном пятачке.