Книга Прививка от любви, страница 108 – Мария Архангельская

— И ты сделал такие выводы всего лишь за одну встречу?

— Ну, я порасспрашивал здешних о нём, в том числе и его сестру. То, что они рассказали, вполне укладывается в моё впечатление.

— Ты предвзят, — сказала я. — Тебе просто не нравится, что он тебя фактически купил.

— И даже не фактически, а просто купил, — Крис вздохнул. — Может, ты и права.

Видно было, что последнее сказано просто из вежливости. Крис поставил передо мной высокий стакан с красной массой, которую впору было есть ложкой, а не пить.

— Натуральные фрукты, ягоды… — задумчиво проговорил он. — Роскошь.

— Я их ела несколько раз в жизни. До того, как попала сюда.

— Мы тоже иногда покупали натуральные продукты, по праздникам. Надеюсь, Терезе хватает средств хотя бы иногда побаловать Мэтью яблоками или апельсинами.

— Теперь ты сможешь им помочь.

— Угу. Лилиан, если честно… Что тебя связывает со Свеннисенами?

Я едва удержалась, чтоб не поморщиться. А действительно, что? Всё это время я жила в их доме на положении гостьи, и до сих пор со стороны хозяев не было никаких попыток как-то обозначить мой статус. Отца Фреда я с тех пор видела только за общим столом, а с сыном… С сыном мы были слишком заняты другими вещами. Надо всё-таки собраться и поговорить с ним о моём будущем.

— Фредерик Свеннисен нанял меня для одного дела, а после окончания и предложил мне ещё одну работу.

— Только работу?

— Да, а что?

— Да нет, ничего.

Мы помолчали. Привычка не задавать лишних вопросов боролась во мне с любопытством, и в конце концов я пришла к выводу, что Крис первый начал.

— Слушай, а как получилось, что ты попал в эту передрягу?

— Ты про ту лабораторию?

— А про что же ещё?

— Меня зять втянул, — Крис скривился. — Сука… Знал ведь всё… Мы с ним учились вместе, начинали работать тоже вместе, дружили. Потом он перешёл в частную контору, и я не удивился — частникам платят больше. Когда Тереза вышла за него замуж, я ещё радовался, как идиот, что сестрёнка так хорошо пристроилась. А потом он и меня сманил, сказал, что исследования как раз по моему профилю.

— Ты занимался генетикой?

— Да, профилактикой изменений человеческого генома. Несколько институтов над этим бьются, никому не хочется повторения всплеска мутаций. Когда-то, в космическую эпоху, говорят, такие проблемы щёлкали на раз, но теперь у нас генетика в довольно плачевном состоянии… В общем, Мирослав меня уговорил. Сначала я думал, что кто-то из шишек боится появления мутации в своём потомстве и хочет это предотвратить. Что ж, само по себе желание закона не нарушает, зарплата выросла в два раза, ну а режим секретности и все эти подписки о неразглашении… — Крис поколебался, но потом махнул рукой. — Кого я обманываю? Да, я понимал, что там что-то не чисто. Но насколько нечисто, и чем мне это грозит, я осознал лишь полгода спустя. Видно, у них там произошла утечка, и Мирослав попал под подозрение. Он стал какой-то нервный, а однажды ввалился ко мне среди ночи вдрызг пьяным и понёс какую-то чушь о том, как он виноват передо мной и Терезой… Вернее, это я тогда подумал, что чушь. А буквально на следующий день мне объявили, что лаборатория переносится, я обязан по договору переехать вместе с ней, времени на сборы два часа, и нет, ни с кем попрощаться нельзя, а сборы проводятся под надзором. Ну да, я действительно подписал обязательство проработать не меньше трёх лет, но никто не предупредил меня, что место моей работы однажды перенесут за город. Я только и успел, что Терезе и друзьям сообщения отправить. А на новом месте мы оказались как в тюрьме. Ни шагу за пределы комплекса, комендантский час, никаких отпусков, даже звонить родным нельзя — только писать, причём, подозреваю, всё просматривалось. К счастью, они всё же пропустили письмо Терезы, где она жаловалась, что после гибели Мирослава её всё таскают на допросы и допытываются, что муж ей сказал перед смертью.